Меня не проведешь

Увы, я пропустила прелюдию и попала только к финалу.

– Вас интересует, как произошла гибель друга вашей жены? – поинтересовалась я. – Я даже не успела это осознать. Относительно же интересующих вас материалов – вот они. – Я протянула ему пакет с видеокассетой, фотографиями и записями разговоров.

– Боюсь, интерес здесь представляет только видеокассета, – сказала я, – остальное – исключительно прогулки Алины в одиночестве.

Он кивнул и взял пакет. Достав видеокассету, он взглянул на нее, как на скорпиона, готовящегося ужалить.

Потом, вспомнив, сказал:

– Ах да…

И он протянул мой гонорар. Я кивнула. Не знаю, много ли счастья принесла ему моя деятельность. Иногда неведение лучше. Тем более когда все так печально завершается. Моя работа была выполнена, а смотреть на ее результаты мне не хотелось. И хотя спать уже не было смысла – за окнами начинал светлеть мрак, свидетельствуя о скором приближении утра, – мне все же отчаянно хотелось заснуть.

Поэтому я попросила у него прощения за то, что побеспокоила его так поздно, и сделала все возможное, чтобы он понял, что утешать его я не намерена и делать ему в моем доме, увы, больше нечего.

Он это понял и вежливо откланялся.

Когда за ним закрылась дверь, я облегченно вздохнула. В мире вокруг меня воцарились тишина и покой. Я погружалась в них, освобождаясь от ненужных и неприятных воспоминаний о теле, брошенном поперек дороги страшной силой, я ставила точку там, где нужно было поставить запятую.

Но сейчас я вспомнила спасительную формулу Скарлетт О'Хара: «Я подумаю об этом завтра».

Сегодня мне нужно хотя бы два часа сна.

Глава 3

Алина налила кофе в чашку и открыла газету. На кухне царил безупречный порядок, несвойственный ее натуре. Просто вчерашний скандал заставил ее забыться в уборке.

Бессонная ночь выдавала себя кругами под глазами. Пальцы немного дрожали. Он вернулся под утро и сначала долго молчал, а потом включил видеомагнитофон.

Он молчал и потом, когда кричала Алина.

Потому что, оказывается, он следил за ней. Оказывается, она, как в дешевых романах, была пошло и банально выслежена. Ее любовь превратилась в отвратительно глупую и банальную интрижку благодаря его грязному вмешательству. А он, виновник всего этого, не сказал ни слова. Как будто стал немым. Правда, в один момент, неуловимый и быстрый, он взглянул на нее, и ей показалось, что он хотел что-то сказать, но сдержался.