Мост самоубийц

* * *

Следователь Морошин оказался хмурым, гладко выбритым брюнетом с усталым, злым взглядом. На вид ему было едва за тридцать, но сетка лучистых морщин, которая расходилась от его глаз, говорила о том, что он гораздо старше. Я удивилась про себя – такие морщинки бывают у улыбчивых людей, а капитан Морошин не производил впечатление человека, которого в жизни могло что-то радовать. Мне хватило секунды, чтобы понять: дружелюбия участкового Петра Ивановича в этом кабинете можно не ждать.

– Кто вы?

Я вздохнула.

Почему сегодня все обращаются ко мне именно так?

– Иванова, частный детектив. – Я раскрыла свидетельство перед лицом Морошина. Он, нахмурив брови, вчитался в него, но, на удивление, не выказал ни иронии, ни сарказма, которые я обычно привыкла слышать.

– Что вам нужно?

– Я хотела поговорить с вами о деле Полины Усольцевой.

Лицо Морошина стало еще более кислым. Он отвел взгляд в сторону и произнес четко и сердито:

– Нет никакого дела Полины Усольцевой. Вы ошиблись. Не буду вас задерживать.

Я села напротив капитана на низкий неудобный стул.

– Отчего же? Я не против задержаться. Дела, может быть, и нет, но некоторые обстоятельства мне бы хотелось прояснить. Дело в том, что сестра погибшей…

Я не договорила – следователь прервал меня раздраженным жестом:

– Погодите. С чего вы вообще взяли, что я буду об этом говорить? Вы не родственница погибшей, а совершенно постороннее лицо.

«Ох, как трудно с тобой будет!» – мелькнула в моей голове мысль.

– Послушайте, – я максимально смягчила голос и постаралась придать ему проникновенную, интимную интонацию, – я не прошу каких-то официальных бумаг или разглашения закрытой информации.

Вы и сами сказали, что дела никакого нет. Считайте, что я просто забежала к вам в обеденный перерыв поболтать.

Тактика оказалась неверной. На мое женское обаяние Морошину было плевать.

– Я предпочитаю обедать один, – отрезал он, – кроме того, я знаю регламент работы частного детектива. Средства поиска информации у вас довольно ограничены.

И в ваши полномочия явно не входит допрос сотрудников правоохранительных органов.

Ясно. Как и предупреждал Кирьянов, сухарь, помешанный на правилах. Ничего, и с такими дело имели.

– Почему вы так быстро закрыли дело, несмотря на наличие определенного количества обстоятельств, которые могут как минимум поставить самоубийство под сомнение?

Расчет оказался верным. Морошин не справился с лицом и удивленно вскинул бровь, хотя тут же взял себя в руки.