Одна из нас лишняя

Что же это, неужели Поручик говорит правду? Неужели, плюнув на личную безопасность, вверенный моим заботам недоросль катался с Никой на своем «Зефире»?

Я отдавала отчет в том, что Никита обладал несомненным артистическим талантом и соврать ему не составит особого труда. А я-то, наивная, думала, что установила с ним доверительные отношения! К тому же положение «девушки» Никиты требовало принять срочные меры для восстановления своего пошатнувшегося достоинства. Я решила тоже поиграть…

– Это правда?! – теперь уже я вытаращила глаза.

Никита непонимающе посмотрел на меня.

– Что ты молчишь? – Я встала из-за стола, меча глазами убийственные молнии.

Вся компания с интересом воззрилась на меня.

– Ну, че ты? В рот воды, что ли, набрал? – поддержал меня в моем ревнивом негодовании Поручик. – Ты не смотри, – обратился он ко мне, – что он у нас на ангелочка похож, только крылышек не хватает, с ним ухо востро держать надо! Чуть отвернулся – бац! – он тебе уже подножку подставил.

– Не пойму я тебя, Кит, ты че, пакостить – по кайфу, что ли? – спросил Лапоть, поднимая свои по-детски ясные глаза на Никиту.

Видя, что Кит набычился и что Поручик сказал правду, я решила свернуть свое актерство, но мой подопечный меня опередил.

– Да пошли вы все! – Он резко встал из-за стола и быстрым шагом направился к выходу.

Забыв о раненой гордости, я кинулась за ним. На ступеньках я его тормознула.

– Какого черта ты вчера выходил?

– Какого черта тебе от меня нужно?! – Никита смотрел на меня с ненавистью.

– Я же о твоем благе радею! – я продолжала держать его за руку, которую он безуспешно пытался вырвать.

– О бабках ты радеешь! – Презрительно процедил он, как-то горько улыбнувшись.

– Значит, вернемся к началу? Помнишь, какие ты истерики закатывал? Я думала, ты мужик, а ты…

В глазах Никиты я увидела слезы бессилия и злобы.

– Оставь меня в покое, что хочу, то и делаю! И не забывай, кто ты!

– Ах, вот мы какие, с гонором! – почти ласково сказала я.

Мой мягкий голос в данных обстоятельствах, очевидно, прозвучал как-то издевательски, потому что Никита как сумасшедший забился в моих объятиях, пытаясь освободиться от моих рук. – Ну! – Я с силой тряхнула его, а потом прижала к стене. – Брось истериковать! Нравится тебе Вероника – так и скажи, чего комедию ломать?

– Это не твое дело! – завопил Никита.

– Не ори. Поехали домой. Я дождусь твоего отца, сдам тебя ему и…

– Что и?..