О чем молчит диктофон

Выехав на трассу, я повела авто в сторону Тарасова, по пути раздумывая, какова была цель захватчиков «РигТарса».

Гадать тут, собственно, не приходится – моя осведомленность была им совершенно некстати, и меня так или иначе собирались вывести из игры. Но как именно они планировали это сделать? Заставить мой «Фольксваген» многократно перекувыркнуться и оставить его лежащим на крыше, дабы сымитировать аварию по вине самого водителя? Возможно, по замыслу моих преследователей меня должны были найти без признаков жизни в съехавшем в кювет авто.

Или же у них были куда более далеко идущие планы – захватить меня с целью выбить всю известную мне информацию, касающуюся захвата «РигТарса» и, главное, роли во всем этом капитана Скрынникова. Ну а потом нетрудно догадаться…

Только что-то слишком уж легко они от меня отцепились, вот что странно. Возможно, просто не получили инструкций, что им делать, если я начну палить по ним без предупреждения. А то и вовсе хотели продемонстрировать серьезность своих намерений и дать понять, чтобы я не лезла в это дело.

Как бы там ни было, но всполошила я их основательно.

Сейчас на территории «РигТарса» наверняка вовсю развернулся военный совет. При этой мысли я ухмыльнулась. Пусть-пусть, еще и Скрынникову обязательно позвонят. Это уж наверняка.

Теперь уж я не сомневалась, что мне сегодня же стоит посетить бывшего владельца «РигТарса» Ничкова. Неважно, соизволит пообщаться со мной сей господин или нет, важно, чтобы сам факт моей попытки был зафиксирован.

Я жаждала как можно скорее очутиться в элитном поселке, где обретался Артемий Ничков. Однако я успела порядком проголодаться и нуждалась в кратковременном отдыхе. Заметив придорожное кафе, я порулила прямо к нему. Заказав пару гамбургеров и кофе с собой, я привела себя в порядок в дамской комнате. Это было довольно кстати, поскольку моя жгуче-черная шевелюра успела порядком растрепаться. Да и лицо слегка запылилось после гонок по лесостепи.

Пыль – это наше все по-тарасовски. Решив, что негоже представать пред светлые очи бывшего капиталиста в таком виде, я придала себе удобоваримый вид. Умывшись и причесавшись, я вернулась в зал, где уже подоспел мой перекус. Расплатившись, я со своей добычей направилась в машину. Мне было некогда рассиживаться в кафе, да и интерьер сего заведения с грязными скатертями и убогой мебелью не способствовал расслаблению.