Последний танец за мной

«А иначе на фига жить, Жень?»

Несмотря на предельную простоту, Люба была женщина умная и хваткая. Южина владела пятью магазинами, торговала элитным постельным бельем и всякими качественными подушками, одеялами. Дело ее процветало, Люба сама водила новенькую «Нексию» ярко-помидорного цвета.

Никите машины не полагалось. «На права я его выучила, но водить не разрешаю. А то у меня давление случается», – пояснила Южина.

Работа у меня была – как говорится, не бей лежачего. На всякий случай я сохраняла предельную бдительность, но никто на семейство Южиных не покушался.

Готовила Люба прекрасно, порции были огромными, так что к концу недели я поняла – еще немного, и я не влезу в джинсы, в которых приехала сюда, на улицу Героев-танкистов. Все шло к тому, что опасения Южиной не оправдаются и я вскоре покину гостеприимный дом.

Такая жизнь продолжалась ровно неделю, а на восьмой день все полетело кувырком.

Глава 2

В понедельник утром я, как обычно, сопровождала Никиту на работу.

Затем я собиралась вернуться и отвести Алену в поликлинику.

Никита Южин свою работу явно не любил. Очевидно, в банк его пристроила властная мамочка, сочтя, что это именно то, что нужно ее мальчику. Непыльно, престижно, в меру денежно… А уж чем Никита хотел заниматься на самом деле, так и осталось тайной. На работу парень плелся нога за ногу, поминутно поправляя давящий шею галстук – в банке был строгий дресс-код, и на службу Никита отправлялся в костюме. Южин шел по улице, не поднимая головы и глядя себе под ноги.

Парню предстоял еще один скучный день на нелюбимой работе, так что Никита не очень-то торопился.

Я шла следом за охраняемым объектом, привычно сканируя улицу. За последнюю неделю маршрут «дом-работа-дом» был изучен до мелочей. Пройти длинную улицу Героев-танкистов, свернуть за угол – а там и банк. Но сегодня нас ждала неожиданность – путь нам преградила небольшая, человек в пятнадцать-двадцать, толпа. Публика там была разношерстная – офисного вида тетки, солидные дядечки с портфелями, несколько работяг, стайка молодежи и даже одна школьница – на вид лет пятнадцати, в школьной форме, вновь введенной в прошлом году, и с рюкзачком, на котором были нарисованы череп и кости.

Рюкзачок я так хорошо рассмотрела потому, что он оказался прямо перед моим носом.

Никита, едва завидев толпу, мгновенно вышел из спячки и устремился к месту скопления народа, на ходу доставая телефон.