Сердце красавицы склонно к измене

Знаешь, такая золотистая корочка чтоб… – Говоря, я заслонила собой сковородку, незаметно убавила газ и стала яростно отдирать прижарившиеся к металлу колечки. Голос мой был все таким же спокойным и уверенным. – Можешь не беспокоиться, я со всем справлюсь. Иди и посмотри телевизор пока.

– Я-то пойду, – усмехнулась тетя, – но ты бы сделала огонь поменьше, а то у тебя тут не продохнуть. Все кипит и бурлит. Вон какие испарения, даже вытяжка не помогает.

– Значит, плохая вытяжка, – буркнула я в ответ.

– Ты упрямая, как твой отец, – вздохнула тетя Мила печально.

– Вот про отца не надо, – попросила я. Воспоминание о родителе больно резануло по сердцу, бередя старую рану.

После смерти матери мой дорогой родитель, мягко говоря, предал ее память, женившись на соседке, которую я терпеть не могла. И сделал он это так, словно только и ждал, когда мама умрет. Мои возражения для него ничего не значили. Генерал до мозга костей, он всегда сам принимал решения, и мне оставалось лишь одно – уехать из Владивостока, чтобы не мешать их счастью.

Связи отца помогли мне выскользнуть из цепких лап спецслужб. На тот момент я не успела еще увязнуть достаточно глубоко в шпионских делах и обагрить свои руки кровью невинных жертв, которых волею судьбы втянуло в невидимую для глаза простого обывателя войну держав за господство над миром.

Покончив со старой жизнью, я переехала в Тарасов, к тете Миле. Тетя жила одна и была несказанно рада моему приезду. Она отнеслась ко мне как к дочери, позволив без стеснения обитать в ее квартире, пока я не устроюсь и не куплю собственное жилье.

Однако процесс устройства здорово затянулся, благодаря галопирующим ценам на квартиры, инфляции и отсутствию в провинции приличной работы.

Вначале я пыталась устроиться по специальности, записанной в выданном в «Ворошиловке» дипломе, – преподаватель иностранных языков. Но зарплаты преподавателей и всякого рода переводчиков повергли меня в уныние. В спешном порядке подняв кое-каких людей, я обзавелась хорошими рекомендациями и переквалифицировалась в телохранители, благо соответствующий опыт имелся.

Деньги, конечно, тоже небольшие, однако, по меркам Тарасова, неплохо, на жизнь хватает, и главное – работаешь на себя без указки из центра.

В общем, я прижилась в квартире у тетушки, мы сдружились, хотя с ней порой бывает не так просто найти общий язык. Тетя Мила по неизвестным причинам полагает, что сможет распорядиться моей жизнью лучше, чем я сама.