Бессмертный

– Ты во всем прав, брат. Я не имею права требовать. Если хотите – можете уйти, путь теперь вам известен. Но я не могу иначе и пойду в одиночку, если придется.

Бенгар подошел к товарищу и крепко сжал его плечо.

– Не придется. Я с тобой, брат.

Кагайн благодарно кивнул.

– Иного и не ждал, – произнес он и обернулся к Эбетту и Маготу.

– Ладно, Кагайн, – проворчал Магот. – Было сказано много горячих слов. Больше слов, чем за последние… без понятия сколько лет. Но в одном ты прав – как не крути, там наша родня.

– Не представляю, как вы это себе видите, – скрестил руки на груди Эбетт и тяжело вздохнул, качая головой. – Борода Зерора… Да плевал я на такую родню, Магот! На вас мне не плевать – десять лет выживали и бились плечом к плечу. Сделаем дело и сразу наверх. Только знайте, в Аусгор я не вернусь.

Кагайн понимающе кивнул и обернулся к единственному из их пятерки, кто до сих пор хранил молчание, о чем-то напряженно размышляя.

– Что скажешь ты, Дагна?

– Норгейры могут видеть нас, – задумчиво сказал русобородый дварф.

Дагна указал на сидящего, отрешенно глядя в пол, Бердольфа. Кагайн, мгновенно всё поняв, согласно кивнул.

– Отец, – тихонько тронул его за плечо Дагна. – Поможешь нам?

Старик встрепенулся и оглядел сгрудившихся вокруг него дварфов.

– Что вы задумали, сынки? – настороженно спросил он.

– Научи нас, как правильно есть плесень, отец, – присел рядом с ним на корточки Дагна.

– Вы в своем уме? – испуганно пролепетал старик. – Вам не успеть за две недели! Я же говорил, что нужно привыкать к этой отраве как минимум месяц!

– Нет у нас месяца, – отрезал Кагайн. – Придется есть ее вдвое больше.

– Это же верная смерть, хадар! – едва не вскрикнул, но вовремя опомнился Бердольф.

Кагайн обвел товарищей тяжелым взглядом. Дварфы согласно кивнули своему лидеру.

– Наша смерть лишь вопрос времени, – прошелестел Кагайн.

– Помимо этого нужно мало двигаться и хорошо питаться! – упавшим голосом прошептал старый дварф.

Дагна похлопал по лежащему на камне мясу.

– Теперь у нас есть еда, отец, – и, кивнув в сторону пленника, добавил. – А когда черви сожрут приманку, положим новую.

***

Первые несколько дней прошли как в тумане. Страдающие от жуткой боли ослабевшие дварфы с трудом переставляли ноги, а их бороды были покрыты дурно пахнущими остатками кровавой рвоты.