Свадебная вендетта

Река в этом месте была достаточно широкая.

Я спустилась к кромке воды и посмотрела вдаль. Это был восточный берег острова. Отсюда, сколько хватало глаз, река была гладкая и пустынная, как серый масляный шелк.

– С этой стороны никого не видно, но, чтобы убедиться в том, что никто не покинул «Рай» вплавь, надо обойти остров и посмотреть со всех сторон, – заключила я.

– Дурдом, – устало вздохнул Гарик. – Ну, пойдем, посмотрим.

Мы снова поднялись на склон и быстрым шагом, срывающимся на полубег, двинулись в сторону противоположной стороны острова.

Дорожка, выложенная все той же серой фигурной плиткой, шла, точно повторяя очертания острова. Эту часть Мирного окаймляли высокие деревья. Берег здесь был дикий и каменистый, труднодоступный. Мест для купания не имелось. С этой стороны острова рекой только любовались.

Гарик осторожно спустился к воде, раздвигая ветки ивняка и осинника. Я шла следом, осторожно выбирая дорогу между кочек и растрепанных пучков крапивы. С этой стороны речная гладь также была спокойна.

Берег напротив был далеко, и никто не плыл по направлению к нему.

– Итак, наш убийца не уплыл, – констатировала я, – это и хорошо, и плохо.

– В каком смысле?

– Хорошо, потому что убийца здесь, на острове. Плохо – по той же причине. Охраны на острове нет. Полиция появится в лучшем случае через два-три часа.

Гарик поскользнулся на мокром камне и едва не свалился в воду. Он торопливо прыгнул обратно, на твердый участок суши и отер подошву кроссовки о влажную траву, просеянную мелкими, еле видными цветочками.

– Ил, – пробурчал он.

– Надо найти твоего Витьку.

– Ты все-таки не исключаешь, что он мог быть причастен? – поморщился Гарик. – Зачем ему это надо, объясни?

– Я ничего не утверждаю, – ответила я. Мы вернулись на дорожку. – Но нужно установить местоположение каждого. И то, что твоего друга нигде нет, это, по меньшей мере, странно.

– Давай вернемся в гостевой дом. Может, он просто вышел в туалет, – предложил Гарик, – к тому же, если ты сейчас же не объяснишь гостям, что случилось, они опять разбредутся и собрать всех второй раз будет сложнее.

Я нашла слова друга резонными, и двинулась вместе с ним обратно в сторону здания.

– Мне страшно, – нехотя признался сказал Гарик, – сюр какой-то. Может, это чей-то розыгрыш дебильный?

– Нет, Гарик. Это не розыгрыш. Девушка мертва, и мы должны найти того, кто это сделал. Хотя бы потому, что мы не знаем мотивов.

– А это имеет значение?

– Имеет.