Свадебная вендетта

Вдруг он поставил себе целью убить не только невесту? Вдруг он хочет и остальных гостей выщелкать как семечки? Тебе это в голову не приходило?

– Нет… – Гарик задумчиво покачал головой, и его телячьи карие глаза расширились от внезапного озарения, – черт!!! Он может попытаться и на нас напасть, по твоей логике…

– Да, – подтвердила я, – но, по крайней мере, в одном мы можем быть уверены.

– В чем?

– Мы с тобой не убийцы. Были друг у друга на виду все это время, а значит, подозреваемых уже на два человека меньше.

– Ну, и шутки у тебя.

Гарик нашел в себе силы улыбнуться, и я, взяв его за руку, пошла чуть быстрее.

– Ладно, не дрейфь. Представляешь, какой чумовой репортаж ты сможешь об этом написать?

Мы почти миновали белый деревянный домик, стоящий на краю пляжного участка, как вдруг я заметила, что у него чуть-чуть, на два пальца, приоткрыта дверь.

Инстинкт сработал почти автоматически. Что-то было в этой двери манящее, неправильное. Маленький домик, словно игрушечный. К стене были прислонены весла.

На ступеньках крылечка стояла плетеная корзинка с волейбольными мячами. Сохло на перилах яркое пляжное полотенце, сложенное вдвое.

– Стой.

– Думаешь, Витек там спрятался? – удивился Гарик.

– Не знаю. Почему домик открыт? Все же в банкетном зале собрались.

– Да забыли запереть, и все…

– Надо проверить. Согласен?

Мы спустились по склону к домику, и я первая взбежала по невысоким ступенькам.

– Ау, есть тут кто живой? – громко спросила я.

– Вить! Витюха! Ромео! – громко позвал Гарик.

В домике царил мягкий полумрак. Очертания предметов тонули в мягком и рассеянном свете солнца, лившемся из двух маленьких окошек, расположенных почти под потолком.

Гарик позади меня пошарил по стене в поисках выключателя и не нашел. Глаза постепенно привыкли к полумраку, и я различила на стенах висевший инвентарь – рыболовные сети, удочки, садовые грабли и лопаты. В ближайшем углу стояла старомодная газонокосилка, а рядом с ней – мешок с грунтом и ящик с керамзитовым дренажом для грядок.

Тут же в кучу были свалены резиновые сапоги и другая рабочая обувь. На ящике спала серая кошка. При нашем приближении она приоткрыла один глаз, хитро оглядела нас и снова заснула, поворочавшись среди полых камешков.

– Тут никого нет, – сказал Гарик, и сразу, при этих словах, мы оба поняли, что это не так. В дальнем углу что-то темнело у стены, среди рыбацких сетей и рыболовных крючков, развешенных на деревянных стенах.