Утраченный рай

Ну, курит трубку, любит дорогой табак.

– Прийти, что ли, на собеседование с трубкой в зубах? – хихикнула я.

– Или дать ему за трудоустройство взятку – ящик лучшего английского табака, – в тон мне ответил Завадский. – Да, шутки шутками, но что же нам делать?

– Попробуйте вспомнить что-нибудь еще – чем он интересуется, помимо предметов искусства, может, любит собак, кошек, хомячков? Как предпочитает проводить досуг – театр, книги, скачки, преферанс? Увлекается мистикой, японской поэзией, классической музыкой, джазом, восточными единоборствами? Какие люди ему нравятся, что он в них больше всего ценит?

– Насчет хомячков не знаю.

А вот по поводу типа людей, который ему импонирует, могу сказать достаточно определенно, поскольку присутствовал при одном разговоре. В общем, в людях он ценит больше всего горение, когда увлеченность чем-то становится чуть ли не идеей фикс. Не любит вялых, холодных, пресыщенных. Ему интересны люди с целями, пусть самыми чудными, понятными только им самим. Он ценит несгибаемое упорство в достижении этих целей. Он, помнится, сказал об этом так: «Чудак-изобретатель вечного двигателя мне как личность ближе и дороже почившего на лаврах академика».

– Как жаль, что ему не удалось узнать вас поближе, быть может, все тогда сложилось бы по-другому.

– Танечка, милая, простите за нескромность, но я все же вряд ли укладываюсь в рамки типажа «чудака-изобретателя», хотя и имею свои страсти и слабости, как любой человек.

– Простите вы меня, Борис Дмитриевич, я же прекрасно понимаю, насколько многогранна ваша личность.

И понимаю, что вы не станете ломать комедию перед кем-либо даже ради заветной цели.

А про себя я при этом подумала – не то с грустью, не то с гордостью: «Комедиантство – наш удел. Но почему-то вы не пренебрегаете нашей помощью даже в самых деликатных делах». Однако клиенту незачем знать мои умонастроения, поэтому в ответ на последнюю информацию, полученную об Алексееве, я бодренько заявила:

– Ну что же, вы мне сообщили кое-что существенное о нашем подопечном.

На этом можно неплохо сыграть. Может, припомните все же какие-то увлечения?

– Об одном увлечении я точно знаю. Помимо живописи, он еще страстно любит древнюю китайскую бронзу, и вообще Алексеев – увлеченный китаист, интересуется историей, культурой, хорошо знает древнекитайскую философию. Но вот только к единоборствам, кажется, равнодушен.

– Жаль, тут бы я смогла поразить его воображение. Ну да философия тоже сойдет.