За что боролись…

– Да ты что, сдурела? – шарахнулся Светлов.

– Сдурела! А перед смертью он сказал своему отцу что-то насчет «Атланта», Светлова, то есть тебя, три или четыре раза – и еще повторял фразу…

– Какую фразу? – опустив глаза, встревоженно пробормотал Светлов.

– «Светлячки исчезают с рассветом».

Кровь отхлынула от лица Алексея, и он медленно опустился спиной на подушку.

– Я так и знал, – пробормотал он, закрывая глаза ладонью.

– Что ты сказал?

– Я ничего не говорил. Зачем ты пришла ко мне?

– Я расследую это дело.

– Убийство? – холодея, переспросил Светлов.

– И еще Влад хотел, чтобы я нашла убийц.

– То есть он не знал их? Если это убийство…

– Ты говоришь то же самое, что и Вишневский-старший. Кстати, я говорила с ним относительно поведения Влада в последние месяцы его жизни. Владимир Андреевич сказал, что Влад сильно изменился. Он стал раздражительнее, агрессивнее, как-то даже энергичнее. Такая мрачная энергия… Он сказал, что Влад никогда не отличался исключительным умом и знаниями…

– Да, наверное, – подтвердил Светлов, все так же не поднимая глаз.

– Так вот. А тут он стал капитаном команды – чемпиона «Брейн-ринга». Откуда что взялось?!

– Что еще сказал отец Влада? – глухо спросил Светлов.

– Он подозревает, что уже несколько месяцев его сын принимал какой-то сильнейший психостимулятор, форсировавший деятельность мозга.

– Какой же?

– Он говорит, что какой-то новый сложный синтетический и, по-видимому, неизвестный широким кругам.

Светлов покачал головой и тяжело вздохнул. Мне было тягостно смотреть на его беспомощное, ставшее почти детским лицо. Глаза бессмысленно уставились в одну точку на стене, светлые волосы слиплись на лбу от выступившего пота – я сразу поняла, что его что-то гнетет.

– А еще у Влада сильно возросло влечение к женщинам. Конечно, тут отец не мог говорить определенно, но все-таки он заметил. Ты его друг и должен знать… Это так, у Влада действительно?..

– Да, – поспешно перебил меня Светлов, – а ты не заметила тогда, когда мы ночевали у тебя?

Я нахмурилась, чувствуя, как во мне закипает гнев при виде этого полудетского глуповатого лица с потупленными глазами.

– Что вы мне, кстати, тогда подмешали? – резко спросила я.

– Догадалась наконец, – устало выдохнул он. – Да «винт» обычный в рюмку добавили немного. Первитин.

– Так я и думала, козлы! Ладно, я все сказала, теперь будешь говорить ты.

Светлов молчал.