Двериндариум. Живое

Ты стал бы топить по утрам очаг, а я научилась бы готовить… Почему все пошло наперекосяк, Ржавчина? Я по тебе скучаю…

Бок вспыхнул, словно в меня воткнули раскаленную кочергу, и я вскрикнула.

Узор из шрамов пекло. А это значит… значит…

– Жив! – закричала я.

Чайки, подобравшиеся к самому берегу, разлетелись с недовольными воплями.

Я перевела дыхание, успокаиваясь.

Если мой шрам горит, значит, Ржавчина все еще жив. И возможно, пытается снова пробраться в этот мир. Между нами существует связь, ее природу я не понимаю, но связь реальна.

И возможно, я смогу найти своего друга, если прислушаюсь к ней? Я должна его найти – для начала. А потом решу, что делать дальше.

Только если Ржавчина снова попытается проникнуть сквозь каменного эфрима на стене Вестхольда, дело может закончиться плачевно. Верховный ввел особое положение, теперь весь Двериндариум словно большой капкан.

Что же делать?

Шрам снова заныл, но уже не так больно. Я прижала ладонь к боку.

– Не смей лезть на стену Вестхольда, – приказала я, словно Ржавчина мог меня услышать.

Я понимала, что это вряд ли, но отчаянно желала передать послание. И потому собрала всю свое волю, нарисовала в голове образ друга и сказала: – Не смей! Это слишком опасно. Надо найти иной путь. Мы встретимся. Мы встретимся, Ржавчина! Верь мне.

Шрамы отозвались легким жжением. И я решила, что это можно считать за ответ.

Умывшись ледяной водой Взморья и окончательно продрогнув, я наконец успокоилась.

Растерянность сменилась жаждой деятельности и решительностью.

Я жива, я побывала в Мертвомире и даже вернула свою внешность. Я все еще Ардена и дома ждет Крис.

Подобрав палку, я разровняла влажный песок и вывела:

«Ржавчина». Найти, разобраться, вернуть!

«Кристиан».

Имя осталось без действий. А потом я и вовсе покраснела и стерла имя рукой. И написала снова.

Внутри стало тепло и даже жарко. Но если думать о Ржавчине я могла, и даже принять то, что он эфрим – могла, то размышлять о том, что происходит между мной и молодым февром, было выше моих сил!

– Попала ты, Вив, – пробормотала я.

 – Ох, попала!

Дописала рядом с именем Криса: прекратить… все! Опасность!

Посмотрела скептически, стерла свои глупые записи и поднялась. Стряхнула с колен песок и повернула в сторону дома. Пора возвращаться.

Глава 4. Черное пламя

– И все же я недоволен твоим своеволием, – сказал Верховный, выслушав мой подробный отчет о походе в Мертвомир. Осуждающе покачал головой.