Королевство Бездуш. Lastfata

Грозный окрик Аодхэна разорвал аудиторию, и птиц подхватил вихрь, затягивая в темноту клетки. Дверца захлопнулась.

Кто-то из студентов выругался, приходя в себя. Я поднялась. Да уж, урок получился незабываемым!

– Эш, да ты просто магнит для этих тварей, – удивленно протянул Эдди. – Они просто сдурели, когда ты вышел из-под щита! Вы видели?

Студенты расползались по своим местам, перешептываясь и переглядываясь.

Я оглянулась на Эша. На черной рубашке прореха, белые волосы взлохмачены. Но смотрит парень спокойно, даже холодно.

Я тоже опустилась на деревянное сидение, спрятала под стол руку. На ладони набухала царапина от когтей ядокрыла. И по всему выходит, я уже должна быть в заморозке, хлопать глазами, как Шелдон, и ни на что не реагировать. Но почему-то продолжаю сохранять сознание.

Ничего не понимая, подняла голову и наткнулась на взгляд Эша. Что было в нем – непонятно. Мы смотрели друг на друга бесконечно долго. Или слишком мало…

Аодхэн по своему обыкновению начал разбор полетов, щедро одаривая студентов уничижительными замечаниями и штрафными баллами.

Остаток занятия прошел для меня как в тумане, я даже удивилась, поняв, что умудрилась что-то записать из объяснений профессора. Шелдону Аодхэн влил в приоткрытый рот какую-то настойку, рассказывая о противоядии. Ну а то, что оно имеет жуткий вкус и неприятные последствия в виде несварения желудка, нам поведал сам бледный, но пришедший в себя Шелдон.

Расходились неприкосновенные, живо обсуждая ядокрылов и вспоминая бойню.

Я задумчиво складывала тетради в сумки, дожидаясь, чтобы все ушли.

Увидела, как покинули башню студенты, а профессор поднялся по лесенке и скрылся за массивной дверью второго этажа.

И вздрогнула, когда на лавку сел Эш. Я повертела головой – в башне никого не осталось.

– Дай руку.

И сам взял мою левую ладонь своей – в перчатке, плеснул на порез какой-то жидкостью из склянки. Я пискнула.

– Ты что?

– Тихо. Это затягивает раны.

– Ты носишь с собой заживляющую настойку?

– Вообще-то это обязательное условие на уроках по тварям Гряды, – его губы насмешливо изогнулись.

 – Здесь всякое случается. Почему ты не сказала Аодхэну, что тебя ранили?

Я посмотрела на его грудь, туда, где была прореха. Вернувшись к столам, Вандерфилд сразу накинул пиджак. И на черной ткани рубашки кровь никто не увидел. Кроме меня.

– А ты почему? – тихо произнесла я.

Эш усмехнулся.

– Ты знаешь ответ, пустышка. Потому что мы оба должна были оцепенеть от яда.