Полетная практика

Ей стало неуютно под его взглядом.

– Если девушка не играет бицепсами, то вы ее уже и списали? Не в объеме мышц дело. Я выносливая.

Корней скептически хмыкнул.

– Угу, прямо балерина, а не офицер.

– И чем вам балет не нравится?

Он подался вперед.

– Да ладно! Неужели правда?

Ей не нравилась его ехидная улыбка и зачем она только ответила? Молчать надо больше.

– Что? – стараясь сохранить лицо, переспросила она.

– Ты занимаешься балетом?

Ох уж эти бравые офицеры. Вот хоть бы один попробовал тренировку в балетном стиле, а потом уже говорили.

Но нет, балет – это же танцы, не для суровых мужчин!

– Ну же, Перепелица, ты занимаешься балетом?

– Меня зовут Злата.

– Я в курсе, – не обращая на этот факт никакого внимания, сказал капитан. – Ты не ответила.

– Балетом, классическим я не занимаюсь, – ровным голосом и с вежливой улыбкой ответила девушка.

– Но занимаешься чем-то вроде него. Давай колись! Что у тебя?

Как ребенок, честное слово! Пристал словно банный лист.

Ее улыбка прилипла к лицу:

– Если так интересны мои тренировки, то милости прошу на одну из них.

И спасибо за котелок, который варит.

Васнецов дернул головой. Молча он вывел корабль из тени астероида и полетел в неизвестном направлении. В полном молчании они летели достаточно долго. Никто не торопился его нарушить.

– Один техник, девушка тоже, как-то сказала мне что капсулу можно запустить и открыть крышку. Это не просто и требует большой ловкости, но при определенной сноровке получается, – заговорил капитан.

– Но зачем? Зачем запускать капсулу, но не запускать механизм погружения в глубокий сон?

Васнецов пожал плечом.

– Не знаю зачем ей, но мне, видишь, пригодилось. Пока я «загорал» в капсуле, то заметил, что кое-кто из служащих персонала странно себя ведет. Крутится у одной из капсул, делает вид что занят. А потом к нему пришел незнакомец. Они пошушукались и разошлись. Услышать их мне не удалось. И вот тогда появилась ты. Представь мое удивление.

Злата не знала, что ответить.

С одной стороны Васнецов ей открылся, с другой (и она это знала) он все еще ей не доверял.

– И все же? – продолжил он, – почему работаешь на станции?

– Здесь нет никакой интриги или тайны.

Корней приподнял бровь.

– Больше никуда не брали, – пришлось объяснять. – Я ведь не только офицер космофлота, но в первую очередь специалист межкультурных связей и дипломатических отношений.

Он непонимающе смотрел на нее.

– И?

Она недовольно поморщилась.