Чужая невеста

Как они неприлично громко хохотали, только подначивая мое смущение и подогревая желание выпить еще, чтобы перестало трясти от страха и неловкости. Помню, как девочки искали кандидата в женихи, стоило мне заявить, что глупо зачитывать свадебные клятвы подругам и на репетицию подобное точно не тянет. Я же готовила текст не для них.

Помню, как появился Джеймс, хотя на тот момент я не знала его имени. Как мы, два пьяных дурака, стояли перед алтарем, и я зачитывала ему свои клятвы. А этот придурок еще засмеялся, обвинив меня в том, что я наверняка выдернула отрывки из всяких романов, чтобы звучать получше.

Хотя я на свою клятву потратила времени больше, чем на эссе при поступлении в колледж. Ни одной чужой строчки. Все от чистого сердца.

Потом нас «поженили». Хотели подарить фотосессию, но я отказалась. Еще снимки не хватало отлавливать по всему интернету.

Следом мы разошлись по своим делам. Всё. Чего из этого трагедию разыгрывать.

– Не помнишь, значит? – уточнил Джеймс угрожающе.

– Не помню что? – отчеканила я.

Глаза мужчины опасно сверкнули.

– Не помнишь, как потащила меня в лифт? – вкрадчиво продолжил мужчина.

Нет.

Стало страшно. По-настоящему страшно. В памяти не отпечатался никакой лифт.

– Не помнишь, как начала меня раздевать прямо в кабинке?

Мамочка.

Вцепилась в кресло, ладони моментально вспотели. Я не могла. Да я бы ни за что не изменила Конраду. Никогда. Ни в каком состоянии.

Низ живота налился свинцом, из-за чего я неуютно поерзала на месте.

– И как жала кнопку остановки лифта, чтобы встать передо мной на колени?..

О. Боже. Мой.

– Не-е-е-е-т…, – простонала я, в отчаянии хватаясь за голову.

– … После чего запустила лифт, украла мои брюки и свалила?

– Ты шутишь.

Мне, конечно, сейчас очень стыдно за такой поступок. Но на самом деле я испытываю нереальное облегчение. Это целая груда камней с души свалилась. Идиотская пьяная выходка не сравнима с изменой. Последнее я бы себе не простила.

А поступок с Джеймсом? Жестоко, но… не самое худшее.

– Сильно похоже, что я шучу? – на лице Джеймса не осталось и тени улыбки.

– Слушай… Прости. Я… Черт. Я этого даже не помню. И не представляю, насколько пьяной нужно быть, чтобы выкинуть нечто подобное…

– Ты сперла мой бумажник, документы, ключи от номера, – Джеймс повысил голос, перечисляя мои «заслуги». – Все, что было у меня в брюках.

– Мне стыдно. Правда, стыдно.