Новый вид. Проводник

Новости расскажу. Сергей вернулся, слыхала?

– Да ты чо?! – всполохнулась Петровна и кинулась к дверям, не выпуская из рук веника.

Соседка, молодая бабенка, когда-то была миловидной, но глаза ее припухли, стали щелочками, а синюшные щеки выдавали пьянчужку.

– Я его вот только сейчас видала. Хотела в магазин сбегать, гляжу, а он от озера идет. Видать, на попутке ехал, да через лес и дошел, – затараторила она. – Что будет? До Ленки добегу, ее предупрежу.

– Ну, ну? Погодь, успеешь до Ленки, – засуетилась бабка.

 – И как он, чо?

– Ой, хорош! Здоровенный… И раньше-то, мальчишкой, ничего так себе был, а уж теперь – всем девкам на погибель. Взрослый! Заматерел.

– Он чо, контрактник? Ранетый, небось, в военных действиях. А девки ему – чо? Вон какая за ним ухлестывала, а чем кончилось? Эх, Наташка, Наташка! Подождала бы маненько, глядишь, он бы и отсох от Ленки своей. Хотя, еслив за столько лет не отсох, то это уж все. Видать, совсем прикипел. Но я тебе, Нэлька, скажу: не дело это, еслив жена старше мужа будет.

Вон за Ленкой какой козырь из района ухаживал: солидный, видный из себя. Серенька перед ним – тьфу!

Обе помолчали. Петровна поглядела на небо. Там творилось что-то непонятное. Белесое, тусклое марево дрожало, зыбко переливалось и при этом казалось тяжелым, как грозовые тучи.

– Дождя не будет, не слыхала прогноз? – поинтересовалась Петровна. – У меня помидоры повяли все. А погода все мречит, все мречит. Продыху нет от полива. Да! Я вот чего: ты мимо амбулатории пойдешь, забеги к ним аптеку, купи мне что-нибудь, чтобы спать.

Вторую ночь глаз не смыкаю. По дому все ходит кто-то, мягонько так, ровно в валенках. А то вдруг заворчит тихонечко, да, знаешь, недовольно, досадливо, прям тоска берет.

– Выдумываешь все, – зевнула Нэлька. – Дом у тебя старый, тут скрипнет, там брякнет.

– Нееет, я свой дом знаю.

Соседка еще постояла, глядя в одну точку, потом повернулась и пошла, чересчур старательно переставляя ноги. Остановилась, пробормотала: «За таблетками Лизавету пошли, она знает, что купить», и продолжила свое странное передвижение.

– Лизавету, как же! – забубнила Петровна, снова направляясь к своим помидорам. – Она все молчком да тычком. Ровно и не видит меня.

На небе марево собиралось в спирали, образовывало радужные завихрения, опускалось все ниже к земле, но этого почему-то никто в деревне не замечал. Не привык здешний народ вверх глядеть.

Сергей на секунду остановился на перекрестке: прямо – домой, направо – к Лене.