Сердцеедка Иванова

В общем, я почему-то верю, что он исправится.

До сих пор вспоминаю свой отъезд. Как я грустно прощалась с мопсом Шуни, как крепко обнимал меня дед, тем самым проворно запустил трясущуюся после похмелья руку в карман моей куртки. Все же я оставила ему десять гривен на пиво. Так сказать: на прощанье.

Папа отвез меня на вокзал, хотя по пути два раза ломалась его черная машина. Она бренчала и стучала, выпуская клубы выхлопных газов, из-за которых чихаешь, как потерпевший. Если честно, мне уже хотелось схватить чемодан и дойти пешком.

Но он уверял, что мы доедем. А если не доедем, то он возьмет корпус этой древней, как наш дед машины в свои сильные руки и довезет меня так, быстро передвигая ногами по асфальту. Как однажды волк из «Ну, погоди!», ехал на спортивной машине.

И вот да здравствует Москва! И в моем случае: да здравствует миграционная служба.

Да, я иностранный гражданин для страны, в которой сейчас нахожусь. Но я русская. У меня фамилия даже русская – Иванова. Иванова Валерия Дмитриевна. Дед родился на Камчатке, бабуля в Самаре.

По року судьбы они встретились в Одессе.

В общем, у меня осталось не так много времени,  а потом депортация, телепортация.

На самом деле из моей затруднительной ситуации с миграцией – выход есть. Их даже несколько.

Пока у меня один вариант – квота. Но как оказалось, квота – это такая вещь… Наверное слетать на Марс реальней, чем получить эту квоту.

Несмотря на все трудности, я все же рискнула и решила ее получить. Собрала все необходимые документы, с большой надеждой в сердце отправилась к зданию миграционной службы.

Стоять у дверей ФМС это настоящее испытание. Это когда должно пробить девять утра и ты через сотню людей разной национальности: казахи, узбеки, азербайджанцы, чеченцы, китайцы и даже афроамериканцы пытаешься пробиться к заветным дверям, которые откроют ровно в девять ноль-ноль. И если у тебя получится ты –  сможешь получить заветный талон с N-ной очередностью. Мне даже интересно, с какого времени тут стоят.

  Пришли с рассветом или все же пришлось ночевать под дверями, похожие на двери из фильма «Девятые врата».

К удивлению у меня получилось пройти в здание. С криками: «Хия!» первые прорвались китайцы. Затем кто-то выкрикнул: «Разойдись! Голодный кролик атакует» – прорвались казахи. После стуча каблуками по бетонным ступенькам, словно отбивая танец гопака – прорвались трое, включая меня. По всей видимости, граждане Незалежной в этой гонке заняли лидирующее третье место.