Кого ты видишь? Я ошибка. Книга пятая

У моей идеальной женщины есть только один недостаток… Да, я! Блядь… Я! Думаешь, я позволю повториться вашей скандальной румбе?! – Я узнала этот циничный баритон. Внутри разразился шторм. Осознавая всю безвыходность ославленного положения, медленно сползла по стене. – Отступи как мужчина. Или привычки, Филя, беспокоят? – Гордон остановился у кабинета, облокотился о косяк и, привычно постукивая рукояткой плети о бедро, угрожающе оскалился. – Мой тебе совет, вали отсюда и не свети своей роскошной задницей, чтобы не привлечь внимание прежних теневых клиентов.

Обернись. Молоко для сына убегает. Намек понял? Береги своего дружка. Уж очень он непоседливый.

Усмехающийся диктатор зашел в кабинет, дверь не закрыл. Я пыталась совладать с путающимися мыслями, а Гордон отвечал на другой звонок. По громкой связи:

– Где моя дочь?

– Она устала. Спит.

– Если бы ребята не подтвердили, что она уехала с тобой… – Тон Брига поднялся на октаву выше. Гордон перебил:

– Она поехала сама. По доброй воле.

– Только из-за Максима мы сняли запрет на приближение. Иначе ты бы уже был заключен под стражу и звонил своему адвокату.

– Все это ошибка.

– Это ты – ее ошибка, – отец сделал акцент. Но лжец играл ва-банк:

– Мы вместе. – «Чистый блеф», – тон Гордона не менялся. Отец откашлялся:

– Вы поговорили? – Слушая недоверчивого отца, я пробиралась на ощупь по стене. Приоткрытая дверь. Светодиодная настольная лампа на струбцине для малой хирургии. В холодном световом пятне – фрагмент кожаного кресла и широкого письменного стола.

Аптечка, разорванная пачка стерильных салфеток, антисептики, шприцы, раскрытый малый медицинский набор оперативных инструментов, многочисленные ампулы. В нос ударил запах спирта. Гордон сидел спиной к приоткрытой двери и, сноровисто орудуя инструментами, отчитывался:

– Я ничего не знал. Поступил преступно. Я страшно виноват, но не могу к ней даже подступиться. А она глушит обиду цейтнотом и убивает себя. Ее активная деятельность и колоссальная физическая нагрузка только усугубляют ситуацию.

Ей нужна восстановительная терапия…

Отец резко парировал:

– В январе она проходила обследование в Европе, ей назначен курс. Ее состояние наблюдают реабилитологи. Доктор Принц – нейрохирург. Зорин – ее нейропсихолог, помогает Камилле избавиться от тревожности, восстановить контроль эмоций. Именно благодаря его консультациям мы избегаем сложностей в коммуникациях с ней.