Тайное становится явным

Ты можешь быть окружен людьми и все еще чувствовать себя абсолютно одиноким.

Когда такое происходит, я бесчисленные часы провожу у своего роскошного камина, читая пылкие любовные романы – полную противоположность того, чему я обычно учу. Обычно я читаю лекции по Толстому, а также рассказываю студентам о других классиках и их произведениях, например о романе «Как закалялась сталь». Персонажи книг становятся моими друзьями и врагами, а их обреченные на провал романы и запретная любовь, для обретения которой необходимо пройти всевозможные препятствия, – частью событий, где я в своем воображении принимаю самое живое участие.

Для меня это способ сбежать. Просто грандиозный побег из своей собственной жизни, которую я так отчаянно пытаюсь воссоздать – и здесь, в этой фантазии, меня никто не может остановить.

Он скоро вернется домой, так что заканчивай себя жалеть, командую я себе.

Я обхожу кухню кругом, чтобы выключить духовку и поставить противень с печеньем на стол – чтобы немного остыло. Еще один оглушающий рокот грома сотрясает дом, и белая вспышка раскалывает небеса надвое, ярко осветив водоворот облаков.

И все затихает, кроме громкого стука дождевых капель по крыше.

Сначала я даже не слышу стук в дверь, но последовавшие за ним громкие удары точно привлекают мое внимание. И вот я медленно закрываю кран под непрекращающийся стук, разносящийся буквально по всему дому.

– Что еще за… – бормочу я, вытирая мокрые руки кухонным полотенцем. Это, наверное, тент на заднем дворе хлопает на ветру, стуча в стену дома.

Ну или буря подобралась неожиданно близко. Решив, что это всего лишь буря, я принимаюсь перекладывать печенье на тарелку, а затем отправляю силиконовый лист для выпечки в раковину – немного отмокнуть. И тут по дому разносится звук дверного звонка.

Я выглядываю в окно, напевая под нос детскую колыбельную – обычно меня это успокаивает. Затем в смешанных чувствах оглядываюсь через плечо, прикусив губу. Пытаюсь как-то уложить все это в голове и не начать выдумывать ужасы о том, почему кто-то вообще объявился на моем пороге в такой поздний час.

Может, это почтальон? Или, испугавшись грозы, собака сорвалась с привязи, а хозяин теперь отчаянно пытается найти своего питомца…Но чувство беспокойства уже прочно поселилось во мне и оказывает на меня сильное влияние, словно удар под дых. Прошлое никогда не даст мне забыть, что за мной действительно могут следить… Или попытаться ослабить мою бдительность, когда я наиболее уязвима.