Тайное становится явным

Я снова хватаюсь за мясницкий нож и оборачиваю его полотенцем.

Перед тем, как войти в гостиную, я медлю. Машинально смотрю на дверь в подвал – нужно убедиться, что она прочно заперта. Это моя старая привычка, которую вряд ли можно изжить. Так что, гулко сглотнув, я внимательно осматриваю свою самую нелюбимую часть дома – ту, которой я всеми силами избегаю. Считаю до десяти и снова крадусь на цыпочках по старому дубовому паркету – тон-в-тон подобранному к каминной полке. Беззвучно приближаюсь к двери – и к тому неизвестному, что ждет меня за ней.

Яростные раскаты грома звучат в унисон с моим бешено стучащим сердцем.

Еще пара отдельных ударов в дверь, затем более продолжительный стук.

Обычно я полностью довольна тем, что тяжелые шторы закрывают окна по обеим сторонам двери, – это бережет меня от любопытных взглядов с улицы. Но сегодня эти же самые шторы не дают мне понять, кто притаился за порогом. Я трогаю задвижку, как будто ее металлическая поверхность хоть как-то поможет мне развеять мои сомнения.

Упираясь лбом в дверной косяк, я молюсь всем богам, чтобы из-за двери мне сейчас ответил Ной. Единственное, что у меня получается из себя выдавить, это неуверенное «Кто там?» Мой голос так тих, что даже не заглушает репортера, вещающего с экрана телевизора о торнадо.

– Мне нужна помощь! – раздается пронзительный женский голос из-за двери. – Ну пожалуйста!

– Кто это? – выговариваю я. Я все еще по эту сторону тяжелой двери, и нож, пусть и скрытый полотенцем, со мной.

– Погода все хуже и хуже, – продолжает умолять женщина. – Пожалуйста, можете меня впустить?

Я закрываю глаза. Может быть, кто-то ехал на машине и попал в передрягу? Моя рука тянется к груди, между ключицами, туда, где висит дорогой мне крестик. Я быстро бормочу молитву, сжимая его в руке, и снова спрашиваю, кто это.

Я знаю, что внешняя дверь с антимоскитной сеткой закрыта, и это немного меня успокаивает. Я отпираю задвижку и медленно открываю дверь, готовая лицом к лицу встретиться с внешним миром.

Ливень на улице такой, что мое лицо мгновенно становится мокрым даже несмотря на сетку. Я нажимаю на выключатель, чтобы зажечь свет на крыльце, и вглядываюсь в фигуру моего незваного гостя.

Незнакомая мне женщина в низко надвинутом капюшоне стоит, склонив голову, ее рука сжата в кулак – она явно собиралась снова постучать.

– Я гуляла тут неподалеку.

– Вы вооружены?

– В смысле, нет ли у меня пистолета?

– Да.

– Нету.