Гипноз искусителя

Сначала Джино подошёл к журнальному столику около кресел, поставил стакан и, положив сигару в пепельницу, засунул руки в карманы шёлкового халата. Сделав несколько шагов в сторону камина и приблизившись вплотную, он стал разглядывать жуткие образы. Его сердце ускоренно забилось. Протянув руки к языкам пламени и сев на корточки, он стал смотреть на огонь. Поднеся их совсем близко, Джино попытался побороть боль и терпеть, сколько есть сил. В его глазах отражался свет огня и страх. Почувствовав, что сильно обжёгся, он отдёрнул руки, сжав губы от боли.

Глаза сверкнули злостью от того, что он не может контролировать её. Резко встав и попятившись назад, он посмотрел на столик, взял виски, и разом выпил всё до дна. Сильно затянувшись сигарой и выпустив дым, Джино комфортно расположился в кресле. Немного успокоившись, он посмотрел на большую картину «Игра» висевшую справа от камина, написанную русским художником Александром Куликовым. Ту самую, сюжет которой позже будет крутиться в его голове за мгновение, до того, как он, потеряв равновесие сорвётся со скалы в море.

Рассматривая персонажей, играющих со смертью над пропастью, он ассоциировал себя то – с безразличной публикой, то – с отчаянным глупцом рискующим жизнью ради забавы. Но при этом все они вызывали какое-то презрение у него. Размышляя о характерах героев картины, с одной стороны самокритика Джино помогала найти их недостатки в себе, но с другой высокое самомнение кричало: “Нет, нет, ты не такой, как они!”

Ему всё-таки, как-то не очень хотелось быть подлецом, или глупцом коими являлись изображённые персонажи.

В то же время было интересно, что же побудило главного героя надеть повязку на глаза и рисковать жизнью над обрывом?

– Может это проигранное пари? – Думал Джино. – А может он что-то был должен и не вернул. А может быть они все, поочерёдно надевая повязку, безрассудно играют в «жмурки» с судьбой под влиянием алчности, борясь за некий денежный приз, который достанется единственно-выжившему.

***

Окончив когда-то по настоянию своего отца Институт внешней торговли Италии, Джино из года в год всё острее чувствовал, что ресторанный бизнес и сфера обслуживания – это не его поприще.

Да и вообще слово бизнес у него ассоциировалось исключительно со словом обязанность. Он допускал мысль, если уж не совсем о полном отказе от ресторации, то, как минимум о совмещении управления компанией с призванием быть писателем. Ведь это – то о чём он мечтал с юных лет.