Тайна Тюрьмы

Новый знакомый ему понравился, но рисковать жизнью, свободой, как бы это странно не звучало в Тюрьме, и здоровьем ему очень не хотелось.

– Ребята, думаю всем лучше успокоиться, чтобы не было никаких неприятностей, – начал Саттон, – Милая девушка, мы можем предложить тебе выпить? А вы, молодые люди, спокойно уйдете, чтобы не нагнетать и без того сложную обстановку.

Она медленно развернулась. Весь зал замер. Саттон приветливо улыбнулся, но всё равно нервный глоток его выдал. Тайпан нарочито медленно подошла к Саттону.

– Если ты купишь мне выпить, то меньшее, что я сделаю, это выплесну тебе этот напиток в лицо, – мягко и нежно сказала она, – А ещё лучше, добавлю туда кислоту и волью тебе в глотку.

– Эй! Ты! Мегера! – с пола встал парень, чью ногу она держала в болевом, который не обратил никакого внимания на Саттона, – Ты хоть знаешь, кто мы?

Тайпан развернулась и, с диким рыком, перевернула стол.

Все тарелки и стаканы полетели прямо на парней. Они отпрыгнули. И не понятно от рыка, дикого взгляда или от объектов, которые посыпались на них.

«Дикая…» – подумал Саттона, и поймал себя на мысли, что редко встречал девушек, которые так открыто выражали свои эмоции.

– ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ? – в бар зашёл низкий пузатый мужчина, и все, кто был в баре, тут же притихли, – Тайпан?! Опять ты! Прошлого раза было мало?!

– Тьфу! – сплюнула девушка на пол, – А прошлого раза, когда я тебя отшила, нехватило?!

– Ребята, хватайте эту пигалицу и ведите в камеру, – сказал мужчина двум людям, которые стояли за его спиной, – Может она хоть в этот раз поймёт, что мы не потерпим дебоширов на нашей территории.

– Эти с ней! – указал парень, в которого Тайпан кинула стол, – Они тоже!

– Мы?! – возмутился Саттон.

– И этих тоже хватай! Они судя по карме у высокого новенькие, им тоже полезно будет знать, что бывает с дебоширами в Лесу.

– А я тебе говорил, – прошипел Гуддини, когда на них одевали наручники.

– Расслабься, – прошептал ему в ответ Саттон, – Главное, чтобы у тебя была проволочка…

* * *

– И кто просил вас вмешиваться? – распекала Саттона и Гудини Тайпан в Тюрьме.

Её волосы были собраны в хвост, руки мяли черный тонкий длинный шарф, который до сих пор был завязан у неё на шее, а кинжалы спрятаны в неактивный лут, потому что надзиратели грозились их отобрать, если она этого не сделает.

Тайпан демонстративно расстегнула рубашку прямо до нижнего белья, достала из лифчика сюрикен и спрятала его в неактивный лут.