Компаньонка

Но платок графини застыл, а после и вовсе выпал из руки, когда графиня обернулась и увидела вошедшего к ней в ложу мужчину. Улыбка графини тоже померкла. Графиня, как обеспокоенная птица, переводила встревоженный взгляд с вошедшего мужчины на князя и обратно.

Князь Веронский был закоренелым холостяком. Он владел приличным состоянием, и оно удваивалось каждый год благодаря его острому уму и пронырливости. Это был красивый мужчина сорока семи лет. Долгие годы Веронский слыл самой завидной партией, пока мечтательные мамаши окончательно не убедились, что лучше держать своих дочурок от него подальше.

Веронский вошёл в ложу графини Лихониной, чтобы выказать своё почтение и восхищение по поводу её дочери Анны.

Но войдя, Веронский перехватил взгляд графини и уткнулся в холодные глаза князя Ольденбургского. Веронский не ожидал этой встречи. Он неотрывно глядел в противоположную ложу и видел ненависть.

Казалось, что театральный зал затих и звенящая тишина давит на барабанные перепонки. Напряжение между двумя мужчинами было столь же ощутимо, как и бешеная энергия, витающая меж ними.

Влад с такой силой сжал зубы, что стоявшей рядом с ним Мари было видно, как на его челюсти заходили желваки.

Мари оперлась на руку князя, демонстрируя нужду в его помощи, чтобы передвинуться вперёд.

– Анна, а я вас помню, вы и Кити были совсем крошками, когда я вас видела последний раз.

Мари сжала свою руку, больно ущипнув Влада.

– Князь?

– Да. Позвольте представить: графиня Валевская, – опомнившись, представил князь Мари.

***

Влад всегда считал Щербатского своим верным другом. И как бы порой Щербатский ни раздражал Влада, тот всегда был ему рад. А в момент, подобный этому, Щербатский, появившийся в ложе князя, казался князю спасительным голубем с оливковой ветвью в клюве.

Щербатский появился и сразу же всё просчитал. Одного взгляда в противоположную ложу ему хватило, чтобы понять, что дело дрянь.

– Доброго вечера, графиня, Кити. Здравствуй, Анна. Мое почтение. Прошу мне извинить… Влад.

Щербатский посмотрел на друга.

– Ольденбургский, могу я вас просить на пару слов?

– Да, конечно, – тут же отозвался князь и, поклонившись дамам, вышел вслед за другом.

Напряжение заметно спало, и Пьер Лихонин нашёл подходящим в этот момент обнаружить себя для Кити.

– Здравствуйте, Кити.