Проснись в Никогда

Или террористы взломали Интернет. Словно прочитав мои мысли, Кэннон сунул мне под нос свои часы. Стрелки показывали пять тридцать пять. На индикаторе даты стояло тридцатое.

– Как хакеры могли подкрутить мой «Таг Хойер»?

Я лишь молча хлопала глазами.

Тут его телефон завибрировал. Звонила некая Александра. Он схватил трубку:

– Алекс! Не отключайся. Так, погоди, погоди… Скажи, сколько сейчас времени и какое сегодня число. Время и дату. Я тебе все сейчас объясню – ты можешь сказать мне чертову дату? Я же не прошу тебя процитировать мне Декларацию незави… Ну почему нельзя просто заткнуться и сказать мне, какое сегодня…

Не знаю, что ответила озадаченная Алекс, но Кэннон, охваченный яростью, запустил телефоном в раздвижную стеклянную дверь.

А потом рухнул на диван, с безумным видом глядя в пол. Я бросилась к своей сумочке, порылась в ней и вытащила телефон, что само по себе было очень странно: ведь в последний раз я держала его в руках там, наверху.

Дата на экране была в точности та же самая.

30 августа. Чувствуя дрожь от подступающей паники, я позвонила маме.

– Привет, Бамбл…

– Мама. Мама? Где вы?

– Едем смотреть «Его девушку Пятницу». А что?

– Вы что, вчера не посмотрели?

– Вчера?

– Мама, какой сегодня день?

– Что? Почему ты кричишь?

– Какое сегодня число?

– Пятница… пятница, тридцатое августа.

– Ты уверена?

– Дата прямо передо мной, на приборной панели.

– Сегодня тридцатое, – вклинился в разговор папа.

– Мама, я звонила тебе вчера вечером, помнишь?

– Вчера вечером? Что?

– Вчера вечером я позвонила тебе и сказала, что остаюсь ночевать в Уинкрофте.

А ты попросила меня приехать к открытию, потому что Сонному Сэму надо к зубному.

– Сэм завтра не выйдет? Он позвонил тебе? Сэм завтра не выйдет! – сообщила она папе.

– Он позвонил Би, хотя мы раз двадцать проверили, что у него есть наш номер?

– Би, что у вас делается? Может, мы приедем и заберем тебя?

Я нажала кнопку отбоя, чувствуя, как грохочет в ушах кровь. Мама немедленно перезвонила, но я была не в состоянии с ней разговаривать.

Я уселась на диван и попыталась успокоиться. Наверняка это сон, и все. Очень реалистичный сон. Я велела себе проснуться. «Проснись». Потом стало ясно, что в доме появились Кип с Мартой. Они остолбенело застыли посреди вестибюля, словно только что очнулись и поняли, что ходили во сне. Уитли отступила обратно на кухню. Все ее движения были замедленными, как у того, кто ходит по поверхности Луны.