Времена года. Четыре новеллы о любви

Только вот старушка машинально продолжает зажмуривать от снежинок глаза. Да и не снежинки это у неё на лице, они больше не летят. Что же тогда она вытирает варежкой, откуда эти капельки?

Позже, у себя дома, перед сном баба Нюра берёт с полки книжку и пытается читать. Но мысли не дают ей сосредоточиться, и она просто лежит с книгой в руках, глядя куда-то в дальний угол. Так и засыпает при свете лампы, выронив чтение из рук.

Ночью вьюга совсем прекращается. Теперь деревня со всех сторон окончательно занесена снегом.

Маленькие домики спрятались посреди больших сугробов, и между ними проложены узкие тропинки. Стрелки на ходиках бабы Шуры совершают пол-круга. Утром на небе слегка проступает солнце.

В бледном солнечном луче кот играет с клубком в комнате у бабы Шуры. Самой бабы Шуры нет. Вдруг, скрипнув дверью, входит запыхавшаяся высокая прямая фигура, против света лица не видно. Клубок катится прямо к её ногам, за ним прыгает котик. Фигура наклоняется, подхватывает кота и быстро скрывается за дверным проёмом.

Чуть позже входит баба Шура. Она с бидоном молока в руках. Задевая ногой клубок у дверей, но не замечая его, она проходит в кухню и отливает немного молока в миску, которую ставит у печки. Затем снимает ватник и садится в старенькое кресло у окна. Берёт в руки спицы. Тянет нить из корзинки с вязанием и обнаруживает, что клубок укатился к самым дверям. Она с кряхтением и ворчанием подбирает его и, поминая «наглого котяру», усаживается вязать.

Мирно тикают ходики и спустя некоторое время старушка засыпает.

Проснувшись от боя часов, старушка сразу проверяет, не укатился ли клубок. Но клубок на месте в корзинке, и старушку это очень удивляет. Она оглядывается, и замечает, что миска с молоком стоит полная, нетронутая. Баба Шура слабо зовёт «кис-кис-кис», потом замечает на кровати, на верхней подушке, характерную вмятинку от кошачьего тельца – опустевшее кошачье лежбище, и пускается на поиски. Но на печке пусто, подоконники тоже необитаемы.

Старушка начинает заглядывать во все углы. Она ищет повсюду до тех пор, пока в глазах у неё не начинают мелькать круговоротом стол, сервант, комод, портреты родственников на стене и образа над телевизором. Сердитые призывы «паразитуса» постепенно сменяются на жалобные, а потом и вовсе ласковые «васяточки». Наконец баба Шура без сил падает на стул.

Запыхавшаяся старушка пытается отдышаться, но тут её взгляд снова падает на кровать.