Последние звёзды уничтоженного мира

– Это не оправдание, ты сам знаешь.

Пётр не ответил. Недалеко от них сверкало озеро, окружённое высокими, слегка пожелтевшими, деревьями. По рядом проложенной дороге гнали машины, создавая лёгкий ветер, который касался спин двух друзей. Они молча смотрели на воду и видели в его отражениях свои мысли, которые в отличие от воды были не такими чистыми. «Сброситься бы сейчас», – мысль промелькнула, но Пётр ощутил её, и сердце быстро забилось, пальцы рук сильнее сжали банку пива, будто она могла спасти его от падения.

– О чём думаешь? У тебя такие большие глаза, будто чего-то испугался.

– Да так, – замахал головой психолог, – Беспокоюсь о Лолите.

– Она жива? – удивился Габриэль и сразу напрягся.

– Ага, – кивнул Пётр, – Но парализована.

– Но ведь доктор говорил, что скоро её…

– Я отговорил. Благодаря моему директору, Лолита осталась жива, – Павлов отпил, – А ты откуда знаешь, что её должны были отключить от ИВЛ?

– Ну, – протянул парень, – я позвонил родителям Лолиты и узнал в какой больнице она лежит.

Нашёл доктора и спросил о её состоянии.

– Почему ты ни разу не был у неё в палате?

Габриэль замешкался и вновь отвернулся от Петра. Он залпом выпил остатки пива и выбросил пустую банку в урну, стоящую достаточно далеко от них. Пётр в это время терпеливо ждал, запрокинув голову и наблюдая за летящими в небе птицами. Мысль о том, чтобы сброситься в озеро ещё раз проскользнула у него в мыслях. Когда один из выживших в аварии встал на своё место и закурил сигарету, Пётр удивлённо поднял брови.

Габриэль заметил это и сразу ответил на немой вопрос.

– Начал после того, как проснулся в больнице. Больше меня ничего не успокаивает. Так хотя бы отвлечься могу. Так о чём это я?

– О Лолите.

– Да, – кашлянул парень, – Я боюсь видеть хоть кого-то из них. Сразу становиться не по себе. Я с тобой-то заговорил только потому, что увидел твоё состояние. Да и… честно сказать, идти было некуда. А с Лолитой всё настолько плохо?

– У неё сломан позвоночник и был инсульт, пока она находилась в коме.

Она вроде как может разговаривать, ясно выражать мысли, но не может двигаться. Всё ниже шеи парализовано. Её родители ненавидят теперь меня за то, что я оставил её в таком состоянии в живых.

– Бывали же случаи, когда полностью парализованные люди начинали ходить, – докуривал сигарету Габриэль, – С твоей поддержкой у неё всё получится.

– Слышали бы твои слова её родители.

Они постояли в тишине, пока Габриэлю не позвонили.