Последние звёзды уничтоженного мира

Осталась только жажда и лёгкая отрешённость от реальности. В психологический центр он пришёл раньше обычного. Беатрис ещё не было, поэтому было время зайти к Роберту Нильсену. Последний разговор с ним получился не очень удачным. Было бы неплохо поговорить с ним об этом, чтобы у них не возникло недопониманий. В конце концов Нильсен его начальник. А с начальством лучше дружить.

С такими мыслями Пётр зашёл в свой кабинет, чтобы оставить вещи. Дверь оказалась открыта. Мужчина настороженно открыл её, напрягая все свои мышцы.

Никого страшного он не надеялся за ней увидеть, но кто знает, что ещё может произойти, учитывая все события? Кто добьёт Петра? Вор, который шарился у него в кабинете? Или может полицейский, который пришёл арестовать Павлова за убийство, совершённое в состоянии алкогольного опьянения?

Психолог размышлял об этом, пока открывал дверь. И конечно же, эти мысли сразу показались бредом, как только он увидел около окна директора психологического центра. Нильсен повернулся к Петру только, когда тот зашёл в кабинет.

В этот день он не был таким улыбчивым и спокойным, как всегда. Видимо, и в его жизни происходило что-то, что испытывало его.

– Доброе утро, Пётр, – сказал он добрым тоном, но лицо его ничего не выражало, – Решил сегодня прийти раньше?

– Доброе, – нахмурился Пётр, ставя свой портфель на место возле дивана, – А вы решили меня встретить в моём же кабинете?

На это Нильсен улыбнулся. Очень вяло, но всё же…

– Я не просто так пришёл. Есть разговор.

Роберт Нильсен прошёл к креслу и медленно опустился на него. Пётр всматривался в его спину, пытаясь понять, чем в этот раз закончится эта беседа. Тон директора не нравился ему. Если Нильсен решил уволить Петра после того, как тот не смог сдержать свой пыл, то… может оно и к лучшему? Павлов устал как-то реагировать на боль, которую он испытывает при падении. Это уже становится рутиной, не иначе.

– Так о чём вы хотите поговорить? – спросил Пётр, садясь напротив него.

– Во-первых, ко мне приходил Стейро.

Он сообщил, что они переезжают, поэтому ваши сеансы с Беатрис закончились. Он оставил тебе конверт, – Нильсен вытащил из внутреннего кармана пиджака конверт, о котором говорил, и отдал своему сотруднику.

Он был достаточно плотным. Пётр на секунду напрягся. Открывать конверт он не решился, поэтому отложил его в сторону.

– А во-вторых? – спросил мужчина, после паузы.

– Во-вторых, – Нильсен глубоко вздохнул, – Я пришёл извиниться.