Дюймовочка с тайной

Она началась у нее еще в школе, а в семнадцать уже родилась я. Но, как говорится, ничему жизнь не учит. Даже на мой детский взгляд, она отличалась завидным легкомыслием.

Каждый раз, когда мама навещала меня в интернате, ее привозил на машине новый жених, естественно, за которого она собиралась замуж.

Вот и сейчас… Чуть больше года назад собралась. Крутой бизнесмен. Дарил цветы, свозил в Турцию. В общем, мама решила, что вытащила счастливый билетик. А чтоб его не перехватила какая-нибудь другая цепкая лапка, решила забеременеть.

Три месяца ничего не говорила своему без пяти минут мужу, а потом прикинулась школьницей, типа сама не знает, как получилось и она не заметила.

Бизнесмен впал в ярость и популярно объяснил, что ложиться в постель с веселой и бескомплексной женщиной, пусть и со смазливым личиком и стройным телом, – это одно.

А жениться на далеко не юной парикмахерше с шлейфом любовных похождений и взрослой дочерью впридачу – это совсем другое. Спасибо тете Марине, маминой подруге, она мне рассказала правду.

А то ведь мама полученный «от ворот поворот» преподнесла мне вот таким же серьезным разговором. Сообщила, что бизнесмен не захотел жениться только из-за того, что у нее есть я. Такое себе заявление, но я бы поверила и мучалась бы угрызениями совести.

А так я спокойно перенесла беременность мамы. Да и она сама рвать волосы на себе не собиралась. Каким-то образом познакомилась с чистопородным немцем и начала с ним переписку с помощью онлайн-переводчика.

Подозреваю, что немца больше привлекли фотографии моей родительницы, обожавшей позировать.

Она даже слетала по приглашению к нему в городок, название которого звучит как ругательство – Швебиш-Гмюнд, будучи на пятом месяце беременности. Правда, по ней это было незаметно. На что мама надеялась, непонятно. Даже самый наивный и самый влюбленный простачок не признает себя отцом ребенка, который родится здоровеньким «пятимесячным» бутузиком.

Но я плохо знала свою мать. Вернее, совсем не знала, потому что и в страшном сне не могло присниться то, что она задумала.

– Таис, пойми. По-другому никак, – мама словно нарочно, чтоб выбесить меня, назвала Таис. Не отличавшаяся начитанностью, она тем не менее прочитала «Таис Афинскую» Ефремова и посчитала, что будет круто дать новорожденной малышке имя знаменитой куртизанки, любовницы Александра Македонского и жены какого-то царя Египта.