Рассказы полутьмы. Marianna и другие

– Что ж, – сказал Николай Юрьевич, глава Совета, – вы проявили себя, как герои. Мы выясним обстоятельства и дадим вам знать, пока что вы останетесь здесь, под нашей защитой.

Раньше это бровястое мрачное лицо Коля видел только в учебниках.

Студенты кивнули. Они все выстроились в линейку, но это была уже какая-то другая линейка, как будто по ней пустили ток внутри цепи, и Коля был частью этой линейки и чувствовал гудение проходящей через него энергии общности.

– Николай, – окликнул его Николай Юрьевич.

 – Подойдите, пожалуйста.

Коля подошёл и взглянул на него прямо и без восхищения – он слишком устал.

– Молодой человек, – сказал Николай Юрьевич тихо. – Скажите, пожалуйста, за всё это время вы ни разу не упомянули, а какая у вас сверхспособность?

– Разрешите, я продемонстрирую, – устало ответил Коля.

Отодвинул кипу бумаг и вытащил из-под них алый колпачок для ручки.

Двадцатидевятилетний

В позапрошлой жизни он был портным, в прошлой занимался поисками кладов, а в текущей хотел остаться навсегда.

Шамуви (или двадцатидевятилетние люди) умирали каждый раз в двадцать девять лет и возрождались в новой жизни, не утрачивая свои воспоминания, и Шор жил свою третью жизнь и уже приближался к своей третьей смерти.

Люди любили романтизировать шамуви, описывать случаи их многолетних трагических отношений с людьми, но на самом деле такие отношения, если и случались, были крайне мимолётны: проще всего было всё-таки заводить отношения с шамуви с разницей в десять лет цикла.

Если рождались дети, один шамуви успевал вырасти до десятилетнего возраста и принять на себя заботу о ребёнке и партнёре. Не всегда было понятно, партнёра ли нянчит шамуви или общего ребёнка.

Шор вовсе не планировал брак и детей, все эти любовные отношения его не занимали. Ему не хотелось отвлекаться от жизни – каждая из новых жизней казалась ему подарком судьбы, и он старался прожить её жадно, с наслаждением, каждый раз вгрызаясь в новую, как в хрустящий пирог, не зная, какая начинка его ожидает.

Портным он шил великолепные платья и изменил историю моды, а потом переключился на шляпки – и наслаждался этим шитьём. После ходил в горы с ребятами, спал в палатках, наслаждался свежим воздухом и алчными мечтами о больших деньгах (которые он не сможет потратить в этой жизни, скорее всего, но почему бы просто не подумать об этом).