Клаудиа, или Загадка русской души. Книга вторая

Он даже ел у костра, и поглощенный происходящим вокруг, не замечал, как капрал подсовывает ему вместо жесткого риса с сухими овощами манную кашу. За неделю Нардо научился разбирать упряжь, заряжать ружье и по форме отличать португальского стрелка от французского. И старый капрал не выдержал.

– Разрешите обратиться, ваша светлость, – как-то к вечеру рапортовал он, подойдя к Аланхэ, и на всякий случай держа Нардо за руку.

– Говорите, капрал.

– Ваша светлость, сын ваш чрезвычайно смышленый малый. Ему нет еще и трех, а он уже готов разделить с нами все тяготы воинской службы.

– Должно быть, он вам изрядно мешает на марше? – поспешил предупредить возможное недовольство Аланхэ.

– Да что вы, ваша светлость! Ни в коем роде! Солдаты в восторге от его присутствия!

– Спасибо, капрал. – Дон Гарсия не мог удержать довольной улыбки. Он и в самом деле заметил, что с момента появления в рядах его легиона мальчика отношение простых солдат к командующему резко изменилось.

– Рады стараться, ваше сиятельство! Но дело не в этом.

– А в чем же?

– Мы тут посоветовались и решили обратиться к вам с ходатайством.

– Вы уполномочены на это?

– Так точно, ваша светлость!

– Обращайтесь, капрал.

– Необходимо поставить его на довольствие.

– То есть… – опешил Аланхэ, не ожидавший такого поворота.

– Ну, что он, словно бездомный щенок? Надо назначить его рядовым, простите за дерзость, ваша светлость, и определить в конкретное отделение. Не на время боевых действий, конечно…

– Отличная мысль, капрал.

Но в какое именно отделение? В ваше?

– Каждое отделение почтет за честь, ваша светлость!

– И все-таки?

– Я бы предпочел своих гренадеров, но вы, конечно… – Фавр слегка замялся, – вашей светлости, наверное, будут приятнее испанские вольтижеры…

Дон Гарсия вспыхнул.

– Я отдам приказ о зачислении маркиза во второй гренадерский.

Дона Хоакина любили решительно все и потому все чаще старались устроить так, чтобы малыш оказался в самом арьергарде: короткие стычки с русскими происходили все чаще.

Новая его нянька Гастон, разрывавшийся между желанием наконец поучаствовать в деле и заботой о своем подопечном, не знал, что и делать. Нардо не отпускал его ни на минуту, словно найдя в этом седом ветеране некую замену отцу. Он готов был проводить с ним все время от восхода до заката, не хныча и беспрекословно слушаясь. Но вот однажды Фавра отозвал в сторону один из солдат и что-то прошептал ему на ухо, указывая за ближайший лес.