Клаудиа, или Загадка русской души. Книга вторая

Нардо с восторгом собирал их целыми охапками, пытался воткнуть в шерсть Бетуньи, приносил наверх, и в мезонине вместе с запахом кожи и лекарств поселился свежий запах умиранья, наводивший на Клаудиу тоску и тревогу.

К вечеру, как обычно, заехал дон Гарсия, теперь все время проводивший где-то далеко впереди, где скапливались для решительного боя силы обеих сторон. Его тонкое лицо было крайне уставшим, но энергичным и оживленным. Впервые за годы, прошедшие с Сарагосы, Клаудиа увидела в этом породистом лице не скуку, не презрение, не отчаяние, не равнодушие – а жизнь.

И надежда снова затеплилась в ней.

Почти машинально приласкав Нардо и посмотрев на трюки медвежонка, весьма полюбившего это занятие, которое отнимало теперь у Гастона немало времени на добывание обрезков и корок, Аланхэ зашагал по комнате и, намеренно употребляя только родной язык, оживленно заговорил.

– Я только что из штаба императора, где как раз обсуждался этот новый русский главнокомандующий – сеньор Кутузов.

Он считается одним из самых талантливых учеников Суворова. Несколько месяцев назад он разгромил намного превосходящих его численностью турок, воспользовавшись обманной тактикой отступлений и уклонения от сражений. Поэтому император все еще опасается, что тактика русских не изменится с его приходом, хотя из донесений разведки вроде бы следует, что русские строят укрепления и занимают позиции.

– Ты думаешь, что и это обманный маневр?

– Не знаю. От этих русских можно ожидать всего чего угодно.

Это не испанцы.

– Но если они вдруг встанут и будут стоять так же, как… – Клаудиа бросила взгляд в сторону Владимира, который, будучи не в состоянии уйти, старался погрузиться в русские книги, обнаруженные Клаудией в одной из комнат занимаемого ими дома, – …как тот егерь на Днепре?

– Корсиканец сомнет их, – уверенно сказал дон Гарсия. – Какая-то магическая сила исходит из него. Боюсь, у русских нет шансов…

– Совсем нет? – Клаудиа невольно снова посмотрела на склоненную русую голову в углу, и фраза о казаках в Париже вновь отчетливо прозвучала в ее ушах.

– Практически.

Тут Клаудиа в двух словах пересказала мужу историю странных ранений русского полководца.

– Вот как! Забавно, – на какое-то мгновение взгляд его унесся в неведомые необъятные дали, в которых, должно быть, обитало провидение. Но затем он вновь поспешно вернулся на землю. – Но главное не в этом.