Идущие навстречу. На пути друг к другу. Между двух огней

Равнодушие его тона резануло девушку по сердцу.

– Хорвин, скажи, – тихо спросила она, – ты ведь добился, чего хотел. Я в твоей власти, я несу наказание. Тебе стало легче?

– Легче? – он как-то странно усмехнулся. – Легче… Когда-нибудь, надеюсь, мне станет легче. А сейчас? Мы ведь еще не закончили путь.

Девушка смотрела на него, не отрываясь, хлеб чуть дрожал в напряженно стиснутых руках.

– И потом, Ровина, – продолжал говорить Хорвин, глядя перед собой, – я ведь не только тебя виню. Я виноват не меньше в том, что между нами произошло.

Вся твоя игра была очевидна. Эти будто бы случайные встречи. Якобы поврежденная нога, таинственный преследователь. Твое настойчивое желание развивать знакомство. Обычные женские уловки! Как я на них купился! Возомнил себе бог знает что… Да мне просто хотелось быть обманутым! – Невеселая усмешка скользнула по его глазам. Он провел рукой по лицу. – Так что, когда я создавал свой замысел, я создавал его для двоих.

Ровина вздохнула. Что бы там Хорвин ни думал об ее уловках, в то время она была и искренна в своем стремлении сблизиться с ним.

Но как сказать ему об этом теперь? Она низко опустила голову и, вспомнив о хлебе, занялась им.

Хорвин смотрел на огонь. Девушка не поднимала глаз, она чувствовала, что сейчас его лучше не трогать. Пусть придет в себя.

Наконец он чуть слышно вздохнул и начал есть свой кусок. Тогда только девушка заговорила. Теперь она предпочла сменить тему.

– А как тебе удалось все это организовать?

На этот вопрос он ответил уже спокойно:

– Сперва познакомился с одной служанкой из вашего дома.

От нее узнал подробности о твоей поездке.

– И кто же это был? – захотела выяснить хозяйка.

– А вот этого я не скажу, – отрезал Хорвин. – К моему преступлению она не имеет никакого отношения, и я не хочу, чтобы у кого-то были неприятности из-за меня. Так вот, потом, через одного приятеля, я вышел на труппу безработных актеров. Они согласились за плату разыграть ограбление.

– А где же ты взял деньги?

– Отдал все, что удалось накопить к тому времени.

– Ты потратил все, что у тебя было, на месть? – удивилась Ровина.

Он усмехнулся.

– Тебе это странно? А вот я – такой… Если что-нибудь задумываю, то выкладываю все.

– И тебе не жалко?

– Чего, денег? Какая ерунда! Я жизнь свою пустил под откос.

И тут она представила, что сделал его замысел с его жизнью. Все достигнутое перечеркнуто. Скитания. Ожидающее его заключение.