Громовое колесо. Золотое перо

Волянда скривился, но кивнул, и они ударили по рукам. Обмен прошел легко и незатейливо. Волянда приложил вымазанный в чернилах палец к пергамену, разбойники получили монеты и устроили спор о дележе, а меня с двух сторон взяли под руки охоронцы купца и повели куда-то через лес. Я была еще не в себе после удара, иначе чем объяснить равнодушие, с которым я осознала, что меня только что продали и купили. Мне даже знать не хотелось, что случится дальше. Но купец объяснил сам.

Перед тем, как подсадить меня на коня, он крепко взял меня за плечо и проговорил:

– А теперича слухай сюда, княжна.

Твоя беспечная жизнь осталась позади. Вот купчая, и по ней отныне ты – холопка. Пока не продам тебя хозяину будущему – моя, а дале рабыней у него станешь. На брата не надейся. Ежели бежать вздумаешь, тебя даже княжьи люди в обрат мне возвернут, а я в долгу тебе не останусь. Все поняла ли? Ну и лепо. А теперича паинькой будь, а не то мой кнут по тебе пройдется.

Возразить мне было нечего. Хотя, наверное, стоило поинтересоваться, кто ж такой прыткий успел нанять эту скотину для последующей моей перепродажи.

Вряд ли даже в тереме успели заметить пропажу княжны, а купец уже тащил меня прочь по чьему-то хотению. Не многовато ли шустриков в княжестве у Рарога развелось?

Охоронец ловко примотал мои связанные руки к луке седла, и мы тронулись в путь. В небе светила яркая луна, дорога поблескивала после дождя в лунном свете, и лошади пошли легким аллюром, стремясь уйти от Новограда подальше. Я очень устала, хотела спать, в голове гудел невидимый гонг, но уснуть сидя в седле никак не выходило.

В небытие я смогла провалиться лишь под утро, когда всадники остановились передохнуть и попасти лошадей. Купец предложил мне воды и кусок хлеба с сыром. Лучше б что-нибудь от головы дал, мерзавец. Ссадина противно жглась и пульсировала, заставляя жмуриться от боли.

Купец, как я поняла, был уроженцем Царь-града, завершал свое путешествие по княжеству Рарога и торопился отвезти меня в обговоренное с нанимателем место, чтобы после поскорее нагнать свой обоз с рабами и товаром.

Имя того, кто вскорости станет мне хозяином, он называть не спешил. Зато не забыл поменять мой дорогой кафтан на простенький плащ, чтобы лишнего внимания не привлекать – нервничал все же, подлец.

В путь мы двинулись ближе к вечеру – купец, сколько мог, пережидал в укрытии сильный ливень, зарядивший с утра. Но время шло, потоки с неба так и низвергались – пришлось путешествовать под дождем.