Бессмертный пони. Заметки участкового терапевта

В той же красной клетчатой рубашке, чуть расходящейся на пузике. И в гордом одиночестве.

– А где же Зинаида Владимировна? – удивляюсь я, поравнявшись.

– Э-эх… – машет Филипп Иванович рукой в ответ. Тороплюсь, мол, не задерживай.

И продолжает путь: куда-то в сторону Лесного озера[3 - Лесное Озеро – озеро в черте г. Саранска, расположенное около городского кладбища.]…

На следующий день я узнала, что Филипп Иванович умер.

– Агрессивным каким-то он стал ближе к обеду, – рассказывала потом Зинаида Владимировна.

 – Засуетился, разволновался. Побросал всё, побежал в ванную. Намылся, побрился, надел чистую одежду и на диван сел. А через две минуты тихо умер. Я даже «Скорую» вызвать не успела.

Вскрытие показало, что настиг Филиппа Ивановича второй инсульт. Иногда так бывает. Злая игра статистики, ничего не попишешь.

Сильно сдала Зинаида Владимировна после смерти мужа. Будто забота о нём придавала ей сил. Словно был Филипп Иванович аккумулятором, поддерживающим её заряд и работоспособность. Сделалась Зинаида Владимировна медленной, грустной и заторможенной.

Начались проблемы с речью: говорить получалось, но всё медленнее и медленнее. Неврологи лишь руками разводили: по КТ – неизвестное нейродегенеративное заболевание; на бумажках – ДЭП. Мексидолы, Пирацетамы и прочие отходы животноводства вроде Кортексина, ясен пень, эффекта не давали…

В последний раз видела я её перед увольнением.

Для того, чтобы произнести обычную фразу, Зинаиде Владимировне требовалось две минуты чистого времени…

Как она сейчас? Жива ли?

Что триггерит МарьСанну?

Когда всё-превсё прекрасно понимаешь.

И чешется-то внутри от глобальной несправедливости. И бомбит-то не по-детски от желания поставить некоторых на место.

А вот сказать об этом ты не можешь.

Не всегда нам затыкает рот болезнь. Чаще – обстоятельства.

Быть или не быть? Немым или говорящим?

Мастодонт

Александра Гавриловна Егорова, несомненно, была замечательным человеком.

Разве может быть недостойной заслуженный врач региона, жена депутата, образцовая мать замечательных детей (не завидую, к слову, детям её подруг), заботливая бабушка? Да и просто эффектная женщина, что всегда при параде и на каблучках?

Конечно, нет.

В две тысячи мохнатых Александра Гавриловна работала главным врачом. Но, увы – дурная оптимизация железной поступью раздавила её поликлинику. Пришлось подчиниться другой, не менее гордой командирке, став сначала начмедом, а потом и вовсе заведующей отделением.