Осколки тьмы. Отблески света

По мере приближения все более заметна атмосфера неестественной тишины. Вот уже и окраинные улочки хорошо видны, и основная, ровной линией пересекающая всю деревню по центру, но по-прежнему ни одной живой души, ни звука. По спине пробегает холодок недоброго предчувствия, которое лишь усиливается при взгляде на сосредоточенное лицо аллира.

– Дай угадаю, тебе это не нравится, – вырывается у меня, чтобы нарушить угнетающую тишину. Мой голос звучит неуместно и чуждо. Если поблизости прячется кто-то опасный, то он уже знает, где мы находимся.

– Не угадала, – отзывается Альрайен, не теряя сосредоточенности. – Мне не нравится, когда я чего-то не понимаю. Но сейчас у меня появились некоторые догадки.

– Ты не можешь воспользоваться ветром? Так, на всякий случай, – я перехожу на шепот. Говорить в полный голос почему-то уже не получается. Кажется, будто громким звуком я нарушаю пропитывающее воздух сонное спокойствие. Ладно, если действительно сонное, а не смертельное.

– Смотря с какими целями.

Слышать с его помощью почти не могу, лишь улавливаю размытые образы, – нехотя объясняет Альрайен. – Все-таки мир понижает мои способности до местного уровня, а существ, подобных Богам, здесь отродясь не водилось.

Я только глаза закатываю, стараясь не обращать внимания на излюбленную аллирскую тему и не комментировать, чтобы ее не развивать. Может, повезет? В конце концов, обстановка не слишком подходящая для подобной самозабвенной болтовни.

Деревню окружает невысокий забор, местами совсем прохудившийся и сходящий на нет, благодаря чему видно, что творится внутри.

А там ничего не творится. Дверь калитки не заперта, на ветру беззвучно болтается из стороны в сторону. Мы пересекаем границу и ступаем на главную дорогу, так никого и не встретив. Не лают собаки, не вздрагивают шторы на окнах, как будто нет любопытных, желающих узнать, какие незнакомцы посетили деревню. Прежняя неестественная тишина обволакивает со всех сторон, вызывая нервную дрожь.

Опрятные деревянные домики с аккуратными фиолетовыми лужайками вокруг, огороженными покосившимися заборчиками высотой до колен, пыльные дороги, на которых отчетливо видны следы колес и сапог – все свидетельствует, что совсем недавно здесь кипела жизнь. Пустота улиц удивляет и настораживает.

– Может, они все попрятались? – шепотом спрашиваю я. – Может, их что-то напугало?

– Или они все сидят в засаде, выжидая подходящего момента для нападения.