Цикл

Никто и никогда не поднимал руку на их вожака… Этим мгновением и воспользовался Редмонд. Словно тень, он заскользил между бандитами. Холодный металл дубинки угодил одному прямо в кадык, второму, кажется, проломил голень, третьему рассек голову.

Редмонд навис над поверженным противником. Его темный плащ медленно развивался на холодном ветру. Взгляд, словно тяжёлый камень, придавливал к земле.

– Не убивай… – взмолился тот.

Прошло несколько долгих секунд. Редмонд ничего не ответил, лишь кивнул, приказав подняться.

Бандит воровато огляделся, а затем зарычал и скачками кинулся к Лине. Девушка видела, как человек несется к ней, как блестят кастеты на его пальцах. Когда бандит прыгнул на нее, она вдруг зажмурилась, закрылась руками, попытавшись защититься от смертельного удара. Отчаянный крик Редмонда разорвал тьму:

– Опусти руки!

Но было слишком поздно. Обезумевший бандит напрыгнул на Лину и напоролся на длинные клинки наручей. Девушка почувствовала на руках что-то тяжелое и обмякшее.

К ней подскочил Редмонд.

– Ты убила его! Нужно скорее вызвать медиков! У тебя есть асит?

– Он разряжен… – словно заколдованная, ответила Лина, смотря на опустившегося на землю бандита. Он все еще дышал.

– Шакалака, шакалака, что же делать!? Ты понимаешь, что тебя за такое упекут на рудники в Шитоу? Или еще хуже, отправят в колонию в самую отдаленную часть Ганмао?

При словах о Ганмао девушку будто током ударило. Широко раскрыв глаза, она полушепотом спросила:

– Он умрет?

Редмонд ничего не ответил.

Он ходил взад-вперед, что-то бормоча. Затем вдруг остановился и наклонился к лежащему главарю. Тот, кажется, еще был в сознании. Редмонд что-то прошептал ему на ухо, засунул в руки свой асит. Бандит захрипел, виновато заулыбался.

Редмонд подошел к Лине и прошептал:

– Уходим. Быстро.

…Они молча шли сквозь бесконечные дворы, ныряя из одной темной арки в другую. Лина разглядывала стены электрических будок, на которых пестрели граффити. Среди них странным образом повторялись алые круги.

Их линии наползали друг на друга, перемешивались, сливаясь воедино. В сознании девушки почему-то всплыли слова отшельника: «…какие-то ложные воспоминания, которые мне совершенно не принадлежат, но в которых темно-алым морем слышится ее зовущий голос».

Казалось, и Лина слышала этот тихий голос.

Он будто притягивал, манил, уговаривая отстать от Редмонда. Прикоснуться, провести пальцами по давно застывшей краске.