Дзюсан. Академия-фантом

Сорате захотелось сказать ему что-то, но на ум не приходило ничего умного, и он молча смотрел, как Генри опускается перед ним на одно колено.

– А теперь давайте я посмотрю ноги.

Сората послушно закатал брючины повыше, инстинктивно задвигая правую ногу под кушетку, в тень. Низ штанин был порезан на лоскуты, держащиеся между собой лишь благодаря остаткам клейкой паутины и крови. Уже привычные ниточки ран полосовали щиколотки и голень, и их обработка не заняла много времени. Но Генри задержал взгляд на правой лодыжке чуть дольше необходимого и потрогал небольшой круглый шрам, давно посветлевший от времени.

Сората прокашлялся, привлекая внимание, и тогда Генри отстранился.

– Не слабо же вам досталось… – протянул тот, поднялся, вложил Сорате в ладонь таблетку и протянул стакан воды. – Пейте.

– Что это?

– Аспирин. Самое большее, чем я могу помочь. Вот, выпьете еще таблетку утром и в обед на всякий случай. – Генри оторвал от блистера несколько ячеек. – Если будет хуже, придется обратиться к врачу.

– Вы действовали ничуть не хуже местной медсестры. Благодарю.

– Ерунда, просто есть хорошие знакомые в этой сфере, – отмахнулся Макалистер, подошел к столу и присел на корточки. Сорату это насторожило.

– Что вы делаете?

– Просто отвернитесь и представьте, что ничего не видите, – велел Генри и по очереди выдвинул все ящики, бегло просматривая содержимое. Сората стоял у него за спиной, но даже так представлял себе его сосредоточенное лицо с плотно сжатыми губами. Такое выражение было у него, когда он смотрел на раненую ногу Сораты и когда тащил его на себе чуть раньше через лес.

Обычно Генри Макалистер выглядел иначе – не слишком ловкий в общении, вспыльчивый, но все равно производящий впечатление ответственного человека. Может огрызаться, но едва ли станет что-то красть, тем более при свидетеле.

– И все-таки что вы делаете? Я имею право знать, ведь я за этим наблюдаю и могу считаться соучастником.

– Вас это никак не касается, – ответил Генри, не поворачивая головы. – Берите свой аспирин и идите отдыхать.

– Но позвольте…

– Проклятие!

Сората вздрогнул от резкого возгласа. Генри выпрямился, закончив обыск, и ударил кулаком по столешнице. Задавать вопросы расхотелось.

– Нам лучше уйти, – напомнил Сората деликатно.

Генри кивнул и, сунув руки в карманы, прошел мимо него к выходу. Сората выключил свет и, убедившись, что все осталось таким, каким было до их прихода, прикрыл за собой дверь. На сегодня с него хватило потрясений.