Винни Ковальский, гнус частного сыска

Впрочем, я имел возможность познакомиться с ним позже. Он тогда был уже немолод, выглядел просто жутко, но ещё продолжал практиковать. Мне страсть как хотелось выведать его грязные тайны (все мы в этом возрасте одинаковы, ведь правда, Пол?). Но Ковальский – хотя он казался болтуном, – рассказывал только то, что сам желал рассказать. Многого о нём я до сих пор не знаю. Не знаю, например, что он делал до 1922 года, когда переехал в Англию…

Пол слушал Солгрейва с широко раскрытыми глазами. Его внимание было настолько поглощено рассказом, что он споткнулся о крышку канализационного люка и чуть не подвернул ногу.

– Осторожнее, дурак! – проворчал Солгрейв. – О чём я говорил? Так вот, ни для кого не было секретом, что Ковальский применял странные методы расследования – порой такие, которые кто угодно назвал бы аморальными. Шантаж, подлог, провокация, перехват писем – для него это была рутина. Шёл он на это не потому, что обладал обострённым чувством справедливости. Справедливость, думаю, ему была до фонаря.

Мне кажется, он просто получал удовлетворение, властвуя над людьми – от того, что у него есть управа на любого прохиндея.

Безусловно, это был нарциссизм – но нарциссизм особого рода. Ковальский никогда не считал, будто обладает моральным превосходством над преступниками. В то же время, как это ни удивительно, в нём не было ни капли любования собственной порочностью, хоть он и выглядел как декадент. Похоже, Ковальский был искренне убеждён в своей неотразимости и считал, что всё, что он делает, очаровательно – как избалованный дошкольник.

И, что совершенно невероятно, ему в самом деле удавалось очаровывать людей, хотя всем, кто с ним сталкивался, в первую минуту хотелось набить ему морду.

Видишь ли, мой отец дружил с ним почти полвека…

– Однако! – воскликнул Пол. – Ведь этот Ковальский вас чем-то зацепил, так? Чувствую, вам есть что о нём рассказать.

– Рассказчик из меня никудышный. Здесь я пошёл не в отца – вот они с Ковальским действительно много нарассказывали.

Кое-что с их слов записала моя младшая сестра – так, несколько самых занятных случаев. Разумеется, не могу поручиться, насколько далеко она зашла в литературной обработке. Если интересуешься, могу прислать тебе по электронной почте – с условием, что ты не будешь баловаться этим в рабочее время.

– Не буду, – растерянно промямлил Пол. В мокром асфальте отражались бело-красно-зелёные огни. Солгрейв поднял голову и увидел их источник.