Новогодняя авантюра, или Любовь с проблемами

Сама я упивалась кофе в прикуску с пряниками, которыми смело можно было мостовую мостить. Мама приезжала еще летом, и купила зачем-то чуть ли не мешок. Пока у меня была нормальная жизнь, о них никто не вспоминал. Но когда я утонула в депрессии, по нескольку дней не выходя из дома, дошла очередь и до них. Спасибо, природа дала мне великолепные зубы, и я вгрызалась в шедевры тульских кондитеров, как заяц в кочерыжку.

Как я и предполагала, торговый центр радости не принес, а наоборот, приложил все усилия, чтоб утопить меня в безнадеге.

«До Нового года осталось пять дней! Успейте купить подарки родным и близким!» – с такой бесячей радостью вещал голос, что хотелось найти его источник и запульнуть чем-нибудь тяжелым.

Родные и близкие? Я даже с родителями не могу встретить Новый год, потому что не могу признаться в своей глупости. Мама сразу сказала, что Валерик – прохвост. Слишком смазлив, слишком учтив, слишком говорлив. В общем, все слишком. Мы чуть не разругались.

Мама – поздний ребенок у своих родителей, поэтому чуть ли не Сталина помнит и была членом КПСС. Причем настоящим, искренне верившим в идеалы. Отсюда и ее бескомпромиссность, прямота, категоричность в суждениях. Она считает, что правду нужно лупить в лоб. Что это честно и правильно.

И поэтому мой каждый промах будет озвучен не один десяток раз, сопровождаемый классическим «Я же говорила!»

Поздравлю по телефону.

Близкие? С Валериком всех подруг я растеряла. Черт, как можно быть такой дурой? Как можно отказаться от своих интересов? Сложила свою жизнь на алтарь любви, и собственно, раз положила, то она там и сгорела. Алтарь для того и нужен, чтоб жертву на нем приносить.

Яркие украшения, сверкающие витрины, искрящееся радостью «Джингл беллс» льется из всех динамиков, а мне хочется забраться в лес, под елку и выть на луну. И никакого просвета не видать.

И я себя настолько «ужалела», что, наверно, забыла о законах жизни.

И опять закон жизни сработал на мне!

Купив небольшого курчонка, апельсинов, хлеба, масла, чтобы холодильник не забыл, что он холодильник, я поднялась с минус первого и быстренько потрусила к выходу. Как в заколдованном лесу, я шла, не оглядываясь, чтобы взгляд лишний раз не кололся о чужую радость.