Исчезаяц

А потом где-то услышите легенду о хищном колодце, и вспомните, что именно не давало вам покоя все эти годы.

Легенда расскажет вам, что колодец живет где-то в пустыне, в какой – она не знает, нет, не в Сахаре, и не Гоби, и не Атакама, и не Наска, и еще много-много самых разных «не». Но в пустыне. Но колодец. Но хищный. Он манит изможденных путников своим силуэтом, своим миражом, и даже не миражом – миражом миража, он терпеливо ждет, чтобы странники приблизились к его каменным стенам – вот тогда-то колодец и вырывается из земли, подобно исполинскому червю, тогда-то колодец и обнажает острые клыки, выросшие из темной глотки, тогда-то и вонзается в трепещущие тела путников, жадно пытается наполнить свой бездонный провал черной кровью, жадно захлебывается смертью.

В какой-то момент – может, вам двадцать лет, а может, тридцать, а может, сорок, сколько там у людей бывает лет – вы начинаете обзванивать турфирмы, нет, к сожалению, таких услуг не предоставляем, можем предложить Сахару…

Вы ищете пустыню пустынь – бесполезное занятие, скажем вам, потому что пустыню пустынь невозможно найти, она сама вас находит – однажды в каком-то странствии, когда вы сели не на тот самолет, не в тот автобус, не в той стране, и вообще это не вы.

Здесь-то вы и услышите знакомое – Пустыня Пустынь, когда уже соберетесь перебраться на свой самолет, свой поезд, свое что-то там, что у вас еще есть, и услышите краем уха – Пустыня Пустынь, и броситесь со всех ног – почем, сколько, когда выезжаем – броситесь, еще сами толком не понимая, что вы собираетесь делать. и погонщик каравана (почему-то вы поедете на караване, а не на верблюде) будет рассказывать бесконечно далекую историю о прекрасной благоухающей долине, чье великолепие поражало самое смелое воображение, – но после в долину пришли враги, убили жителей, сожгли города, вырубили цветущие сады, засыпали песком колодцы.

…колодцы…

…вот с тех пор опустошенный колодец не может утолить свою жажду, вот теперь высохший колодец скитается по пустоте пустыни, ищет живую человеческую кровь, чтобы напитать себя…

Вы не поверите – да и никто бы не поверил, вы едете на караване все дальше и дальше в бесконечность подступающей ночи.