Луна на Луне

Жду падения, жду крови, жду смерти, ничего не происходит, парю в воздухе.

Жалею, что не взял с собой икону Николая Чудотворца.

Осторожно подбираюсь к дому, к дому не подбирается, то ли я верчусь волчком, то ли весь мир вокруг меня. Кое-как влетаю в окно кухни, едва не роняю чайник, хватаюсь за плиту, как хорошо, что холодная, кое-как поднимаюсь на ноги…

Вот черт.

Рассказать кому, не поверят. Тут же понимаю, что такие вещи никому не расскажешь, это из разряда того, что там, за домом…

За ночь поставили ограду, за ночь где-то на самом горизонте появились стены новостроек, нда-а, не знал, что у них работает Василиса Премудрая, которая махнет рукавом, – и за ночь появится на пустыре великолепный дворец…

Утром приходит он.

Один. Говорит, другие сегодня не могут, так что он один пока тут дом подправит, чтобы жить можно было. Спрашивает, а чего мне самому хочется.

Он меняет колонны и переносит бассейн с третьего этажа на первый, а то каы чего не вышло. Потом осторожно говорит мне, а что если пошел он на фиг, этот проект, давай чего-нибудь забабахаем такое, чего вообще никогда не было…

Это мне нравится. бормочу какой-то бред про летающие дома и гигантские цветы, видел вчера в каком-то фантастическом фильме. Да без проблем, говорит он, хватает кипарис у ворот, что-то с ним делает, что кипарис поднимается в вышину разрастается с десятиэтажный дом, не меньше.

А он уже строит что-то в вышине, летучие дома, висячие цветы, лестницы в небо, исполинские растения. Еще хватаюсь за остатки здравого смысла, говорю, что так не может быть. Не может, соглашается он. Так не бывает, говорю я. Не бывает. А вот есть.

Фантастика кончается к вечеру, когда возвращаются все остальные.

Они желают мне спокойной ночи.

И вам того же.

Прохожу мимо зеркала.

Не отражаюсь.

Просыпаюсь в своей постели. Которая не моя. вставать не хочется, слишком много впечатлений было вчера. Вытягиваюсь на постели, смотрю на свои руки.

Первый раз смотрю на свои руки.

Не вижу.

Их нет.