Несъедобное время

Мы придумали, как дом закручивался сам на себя, чтобы не дать нам выбраться – и как это кружение длилось века и века. Потом мы придумали, как пытались избавиться от дома, продать его первому встречному, по дешевке – но люди не соглашались, видимо, слава о дурном доме разошлась по белу свету. А потом что-то случилось, что мы полюбили свой дом – например, он защитил нас от грабителя или от непогоды, или еще что-то такое сделал для нас… важное…

Несколько раз мы пытались найти автора, чтобы он дописал про наш дом.

Пару раз даже откликались на наше объявление, приходили начинающие писатели – но все они казались нам недостойными нашего шедевра.

Вырубленная глава

Часть четвертая (вырублена под корень)

Часть шестая

– Передай им… – начал Бук и снова закашлялся, – передай им… всем… своим… что если они убьют нас, они убьют и себя тоже.

Хомо презрительно фыркнул:

– Ничего подобного, еще океаны есть.

– При чем здесь океаны?

– Ну, если вы про кислород, так еще океан кислород вырабатывает… Это все красивые лозунги, леса, зеленые легкие планеты, берегите лес… источник дров, – хомо снова фыркнул, – только никто этого слушать не будет, такие деньжищи крутятся…

– Нет-нет, вы не поняли, – замотал головой Бук, – тут другое… Вот вы приковывали себя наручниками, призывали нас беречь… почему?

– Ну как же… жалко же…

– А почему вам жалко деревья?

– Ну… э-э-э…

А я вам скажу, почему.

Потому что вы сами когда-то деревьями были.

Хомо посмотрел на нас – его лицо ничего не выражало, видно было, что он совершенно нам не верит.

– Не верите? – продолжил Бук, – а зря… скажите… откуда вы взялись?

Хомо забормотал что-то про маленьких существ, которые жили на деревьях, но тут же осекся – видно было, что он и сам не очень-то в это верит.

– Ну, вот видите… так что вам мешает поверить в ваше происхождение от нас? Маленькое семечко летит через вселенную, падает на планету, прорастает в глине…

Хомо радостно хлопнул в ладоши:

– Ну, конечно… слушайте, головы у вас что надо… Вы не парьтесь даже, я им так лапши навешаю, поверят как миленькие…

Часть пятая (тоже вырублена)

Часть первая

Когда я проснулся, то понял, что меня вырубили под корень.

Нет, не одно-два дерева, и не три, и не восемь – а под корень. Вернее, я уже ничего не увидел, я был слеп – вместе с деревьями исчезли мои глаза, которые качались на ветках, исчезли уши, которые шелестели на ветру.