Шляпа что-то замышляпа

Устали как черти, да и медуза, я думаю, тоже устала, бедная…

Перебираю трофеи, доставшиеся нам от того, другого мира. Сейчас бы все бросить и спать, спать, спать, да какое там спать, пока спать будем, эти все трофеи растащат. Эти… кто эти… не знаю, кто, какие-то лучники из одной из параллельных реальностей в нашей медузе. Вместе отбивались от сияющих треугольников из чужой медузы, вместе победили. Перебираю обломки, похожие на стекло, думаю, к чему можно приспособить…

– Ва-ва…

Это эти. Которые с луками и стрелами.

Требуют, чтобы «стекло» отдали им. Еще пытаюсь объяснить, что так не делается, что делиться надо, делиться, не понимают они, что такое делиться. Понимаю, что пора браться за оружие…

Оставь.

Оборачиваюсь, смотрю на капитана.

– Оставь, говорю. Ну их… мы умнее…

– И чего?

– Того… Знаешь правило трех Дэ, дай дорогу дураку?

– И чего теперь, всем идиотам уступать будем?

Не договариваю. Стекло вспыхивает серебристым сиянием, окутывает людей, кто-то еще пытается вырваться, взмахивает обугленными руками…

Молчим.

Здесь нужно что-то сказать, только слов не осталось…

Вздрагиваю, подброшенный телефонным звонком, бли-ин, нельзя так пугать, нельзя… Генерал звонит, странно, почему мне звонит, а не офицеру…

– Ну и что вы сделали? – звериный рык в телефоне.

Холодеет спина.

– А… а что мы сделали?

– Они еще спрашивают! Ничего, что вы их поубивали всех?

– А что мы, смотреть на них должны были, что ли?

– Да вы не понимаете… не понимаете…

Действительно, не понимаем.

– Ну, видите ли… рано или поздно медуза задумывается о том, чтобы встретиться с другой медузой не для драки… а для других целей.

– И для чего же?

– Я бы назвал это любовью.

– Хотите сказать, это был именно тот случай?

– Да. Но мы не поняли этого, мы набросились на них… как на врагов. Мы уничтожили медузу, которую так любила наша медуза…

– Что же, будем надеяться, она найдет себе другой предмет обожания.

– Сомневаюсь. В паре если одна медуза погибает, другая тоже не живет.

– Откуда вы знаете?

– Великая вещь – математика. Я никогда не видел, как живут медузы, но рассчитал абсолютно точно.

– И как же нам спасти наш мир?

– Боюсь, это уже невозможно. Наша медуза мертва.

– А мы?

– Я тут пытался рассчитать, сколько люди проживут без своего мира…

– И сколько же?

– Вы уверены, что наши зрители готовы это услышать?

Экран гаснет.

Умирает свет в ночнике.

Думаю, сколько нам осталось.