Primavera навсегда

Кто-то узнает себя, кто-то вспомнит, чем жил в то время, кто-то оценит пройденный путь.

За эти двадцать лет люди, живущие в этой книге, смогли осуществить свои творческие планы и мечты, кто-то перешёл на более высокие должности, кто-то, как Диоклетиан, занялся выращиванием капусты, а оркестр гастролировал в десятках странах и городах и дал сотни концертов. И если перефразировать знаменитое выражение «это были времена, когда деревья были большими», я могу сказать, что это были времена, когда Шаймиев ещё был президентом Татарстана, Исхаков – мэром Казани, а Казанский университет – просто КГУ.

Кто жил тогда в Казани, в этом странном городе, тот поймёт.

А на самом первом листе распечатки, рядом с последним предложением вступления: «Все интервью в этой книге записаны в течение 1998—1999 годов», корректор двадцать лет назад написала красной ручкой: «По-моему, добавка лишняя». Тогда – да, сегодня – нет. Сегодня она актуальна!

Фотосопровождение к книге, собранное мной тогда, «погибло» вместе с тем компьютером, в котором книга была свёрстана.

Так что я вновь подобрала фоторяд из старых фотографий тех времён, шведских буклетов, нескольких цветных распечаток макета, тоже обнаруженных в этой старой папке вместе с распечаткой текста с пустыми глазницами вместо фотографий, и кое-что взяла из интернета. И создала новый облик книги. Но текст я не тронула. Он такой, каким был тогда, двадцать лет назад.

Тогда же преподавателями Казанского университета были сделаны и переводы избранных частей книги на три языка – татарский, английский и французский.

Они идут друг за другом в конце книги. По какому принципу я делала выборку и по какому принципу университетские преподаватели переводили её, уже не помню. Так что переводы тоже оставлены без изменений.

И вслед за Пушкиным мне только и осталось повторить:

Но так и быть – рукой пристрастной

Прими собранье пёстрых глав,

Полусмешных, полупечальных,

Простонародных, идеальных,

Небрежный плод моих забав,

Бессонниц, лёгких вдохновений,

Незрелых и увядших лет,

Ума холодных наблюдений

И сердца горестных замет.

PRAEFATIO

Михаил Александрович Теплов

Памяти друга

Начиная собирать материал для этой книги, я, как это свойственно многим, перенеслась мысленно в тот осенний вечер 1999 года, когда в одном из казанских залов пройдёт юбилейный концерт «La Primavera».