Отсчёт. Топи

С учётом репутации отца, Росэр вполне мог хотеть пригласить меня на службу, а Тэриньо, как верный советник, тут же начал вынюхивать любыми доступными способами, что же я за тёмная лошадка такая.

Особенно разговорчивым хмырь становился, когда дело касалось вещей, имеющих прямое отношение к его планам. И такой Кирино мне нравился куда больше – исчезала всякая надменность и мрачность, ехидство и грубость. Только дело, только по существу, никаких подколок и попыток задеть.

– Начни разговор сама, пропустив обычную светскую болтовню, которую, я уверен, разведёт Росэр.

 – Кирино постучал пером по столу, задумчиво глядя куда-то вдаль. – Начни с «правды». Ты – тень, но не хотела говорить об этом, пока не пройдёшь посвящение. Теперь оно пройдено, и ты готова служить, как и твой отец. В том, что ты знаешь о принадлежности отца к Псам Короны, нет ничего удивительного. Сама Раджети становиться не хочешь, но в разумных пределах готова выполнять любую работу как тень, причём заказы согласна брать напрямую, без посредничества Лиги.

– Стоит ли так форсировать события? – я нахмурилась и покачала головой.

– Ты осторожная, но так дело не пойдёт. Росэр должен видеть в тебе юную девушку, воспитанную патриотом – каким и является Грассэ, – с горящими глазами и верой в свою страну, готовую положить жизнь на служение Коссэ.

– И мне так просто будут доверять?

– Тебе – нет. Но у Грассэ хорошая репутация и доверительные отношения с Росэром.

Кирино выжидающе уставился на меня. Он хотел, чтобы дальше я поняла всё сама?.

.

– Ты имеешь в виду, настолько хорошие, что тебе, чужаку без роду и племени, пожаловали южные провинции, граничащие с Топями, сделав не только герцогом, но и доверенным советником?

– Даже самого способного демонолога не приблизят к себе настолько, если он иноземец, – хмырь тихо фыркнул и вернулся к бумагам.

– Ты расправился с убийцей сестры короля и спас его племянницу, – возразила я.

– Да хоть десяток племянниц. Для Росэра важнее то, что мне доверяет не только Грассэ, но и Талиссия.

Король обладает удивительной проницательностью и мудростью, и всё же у него есть существенная слабость – вера в божественную поддержку всего рода Коссэль, якобы берущего своё начало от самой Кетры. И дети особенно любимы ею.

– То есть, раз Талиссия не видит в тебе ничего плохого, так и есть? – я не выдержала и рассмеялась. Но он будто бы этого не услышал.

– Не думай, что из-за своих слабостей Росэр стал менее опасным.