Веревочная баллада. Великий Лис

– Так на что ты злишься, я не понял, – пробурчал Оливье, натягивая на уши колючий шерстяной колпак.

– На тебя!

– А за что? – Оливье хлопал большими глазами с черными пышными ресницами.

– Пока не разобрал, – честно признал мастер Барте. – Порядочные люди так не поступают.

– Как «так»? – настаивал Оливье на четко сформулированном обвинении.

– Не компрометируют девушек.

– Так я…

– А если уж скомпрометировали, то находят смелость довести дело до конца. Пф, «пастораль»… И ведь девчонка, бедная, всю ночь слушала.

Мало я тобой занимался, мало.

Он запер Оливье в фургоне, но у парня сегодня был день окон. Он выбрался через форточку и спрыгнул, неловко кувыркнувшись. Оливье бежал не ради бунта и не на свидание к Тине. После двух суток, забитых новыми людьми и истинами, он не мог оставаться в одиночестве кибитки с опустевшим шкафом. Оливье завязал полог театрального шатра изнутри. Его вновь искали, и отчего-то никто не додумался проверить здесь.

Только с рассветом полог отдернули, беспардонно разрезав крепко связанные узелки. Луч света ворвался первым и тут же, подобно софиту, высветил фигуру мальчика, сидящего спиной ко входу. Оливье обернулся. Его глаза были красными и опухшими от бессонницы и темноты. Мастер Барте вошел в шатер и осторожно протянул к сыну руку.

– Оли, ты чего? Чего ты здесь?.. – Он указал на суетящийся лагерь за спиной. – Опять всю ночь тебя искали! Можно так разве?

Оливье молчал и смотрел сощуренными слезящимися глазами на отца.

И вдруг послышался тщедушный и противный голосок:

– Следовало получше заниматься его воспитанием, Барте! За подобное на фронте – расстреливали!

Ошарашенный мастер Барте присмотрелся и заглянул за спину Оливье. Марионетка по имени Женераль брезгливо отряхивала с рукавов пыль и бурчала, в каком сущем балагане ему приходится служить.

– Постойте, мастер! Наш Оливье не сделал ничего дурного! Я так счастлива, что он пришел к нам, – выскочила вперед маленькая кукла в чепце и фартуке, которая вечно играла роли служанок.

К ним присоединилась полная марионетка с писклявым истеричным тембром.

– Совершеннейший бардак! Бордель! Бедлам! Никакого уважения! Хулиганы! Шантрапа! Плебеи! – визжала дамочка с двумя подбородками и буклями, свисающими из-под капора. – Ох, плохо мне! Я сейчас упаду в обморок! Женераль!!!

Неуемный квинтет голосов заполонил шатер.