Веревочная баллада. Великий Лис

– Короля? – недоумевал Оливье.

Ему всегда казалось, что Норманн II – добрый правитель, хотя и молодой, чьей неопытностью многие лета пользовались подлые царедворцы. В частности, бывший регент, который все никак не хотел выпускать власть из рук. «Проклятая четверка»: Первый Советник, министр обороны, министр экономики и личный врач королевы-матери пиявками вцепились в казну и династию. Норманн II же – мягок, порой нерешителен, старался писать историю чернилами, а не кровью, как хотел Гурт.

– Король-марионетка приведет нас к загниванию, – подал голос Жорж, хотя казалось, что он повторяет чужие слова, сам он не был остер на ум и язык.

– Вот, – Гурт нажал указательным пальцем на пространство между Оли и Жоржем. – Кукловод должен лучше других знать, что передаренная марионетка сама не запляшет без другого кукловода.

– Это как посмотреть, – пролепетал Оливье, он-то знал, что запляшет и других за собой увлечет.

– Сомнения ведут нас ко лжи самим себе. Я больше не буду молчать и попирать правду.

Проблема юности в неуверенности, которая всегда склоняет голову перед смелостью – чужой, сияющей, завидной. Согласились все. Гурт и Жорж подорвали почтамт, хотя Оливье так и не понял зачем. Он забыл все свои вопросы на баррикадах, когда Сольда поцеловала его. Откуда-то взялись и уверенность, и желание быть здесь со всеми этими незнакомцами. Чувство сродни эйфории от первого признания на дебюте, когда множество людей убеждают тебя, что ты им нужен, что ты на своем месте, что все это тебе действительно необходимо, и девушка, которую ты совсем не соблазнял, сама целует.

Головокружительные моменты, когда театр военных действий разворачивается посреди улицы, а помост собирается из мебели, вырванных ставен и дорожных указателей. Словно происходящее – плановый дебош в угаре кутежа. Жандармы возникли на перекрестке мгновенно, но даже первые выстрелы не встретили паники. В запале Гурт перевязал руку, которую слегка зацепило дробью, и только яростнее воззвал к свержению режима.

– Вы видели моего сына? – прокричала она, чтобы Оли ее услышал. Она тоже совсем не боялась пальбы. – Он был на почте, он сегодня задержался, закрывал. Вы видели? Как вы, рост, волосы, как вы…

Оливье судорожно замотал головой. Тогда он наконец испугался. А потом женщина посмотрела куда-то вдаль, над правым плечом Оливье и истошно завыла, согнувшись пополам.