Измена. Вернись, я всё прощу!

Тону!

«Ты должна вспомнить! Должна пробудить свой дар!», – отчётливо слышу я.

Этот голос… такой родной и близкий.

«Ну же, Рея!».

Я утонула. Силы оставляют меня. Давление распирает изнутри и снаружи. Я чувствую, что начинаю умирать. Мысли тускнеют, размываются, блекнут.

И тут я ловлю странное ощущение: в груди, там, где сердце, начинает разгораться пламя. Это моё желание жить, моя воля к жизни.

«Нет, я не умру здесь! Не так, не сейчас!».

Сердце полыхает огнём, и внутри нарастает необычная для меня сила.

Я чувствую, что боль постепенно отступает. Я делаю ещё один вдох – и, о, чудо! – я могу дышать под водой!

Я? Дышу водой?.. Но как?

Вижу, что всё моё тело окутывает серебристое сияние. Чувствую, как поёт моя душа. Ощущаю себя полностью пробудившейся, сильной и смелой. Так вот как проявляет себя мой дар!

Силой мысли закручиваю водоворот. Теперь я чувствую направление, я знаю, куда плыть. И вода, послушная моей воле, выносит меня на поверхность.

Серебристое сияние угасает.

И я вижу, что Итильдин рыщет над водой, пытается высмотреть меня в глубине.

Но меня спас не он и не Ардес. Я слышала голос Мэориха. Он каким-то образом смог докричаться до меня через расстояние, чтобы помочь. Теперь я знаю, что он жив. Я всё ещё не представляю, где искать, но я уверена, что найду его.

«Рея! Слава Небесному, мы нашли тебя!».

Итильдин почти плачет от счастья.

«Превращайся в человека, после такого падения тебе лучше не лететь самой».

Да я с радостью, если честно.

Оборачиваюсь в человеческую версию себя, чувствую, как укорачиваются кости, складывается внутрь мощное тело, тают крылья и хвост, вырастают волосы. Последними появляются ногти, и вот – я вновь в этом мерзком охотничьем костюме. Откуда у Инквизитора одежда, которая превращается вместе со мной, а не рвётся на части? Подозрительно. И почему я подумала об этом только сейчас?

Итильдин плюхается на воду. Я подплываю к нему, хватаюсь за протянутое крыло и оказываюсь у него на спине.

– Держись за меня, но не слишком цепко, иначе я тебя стряхну, – приветливо говорит Инквизитор.

Странно, несмотря на грубость высказывания, я слышу радость в его словах.

Хватаюсь за пояс Ардеса, обнимаю его. Итильдин, полуобернувшись к нам, недовольно ворчит.

«Я тоже рассчитывал на обнимашки!».

– Как-нибудь в другой раз, – говорю я. – Я слишком устала, у меня болит всё тело, я чуть не утонула, зато пробудила свой дар.