Идущая. Филологический анализ одного психического расстройства

А расхлёбывать мне теперь, разумеется, кто бы сомневался! Нашел себе занятие на ближайшую пару сотен лет: вытаскивать эту девчонку из всевозможных неприятностей, которые она с энтузиазмом себе отыскивает! „Ну и как это понимать?“, вот уж действительно!»

– Не знаю, – честно сказал он. – Позвольте, в качестве извинения, рассказать, как на самом деле нас троих свела Тиарсе.

«Валяй», – чётко было написано на лице Ёваска, и Раир рассказал. Что Дракон вызвал не ту, что втроём они сбежали, что переждали месяца полтора в горах, а потом на старой дороге услышали драку…

– Но сейчас-то зачем она это… мм… устроила? – спросил Ёваск.

– Я сразу сказал, что этот вопрос не ко мне, – пожал плечами Раир.

– Ты выбирай теперь, – внезапно сказал Ликт Ёваску с неопределенной интонацией, – кому верить: официальном императорскому заявлению или троим незнакомцам.

– Кому верить: трем незнакомцам, спасшим, значит, мне жизнь, или Дракону, о котором, соответственно, я знаю слишком много, чтобы ему… хмм… симпатизировать… – усмехнулся Ёваск.

 – Не самый сложный выбор в моей жизни, поверь уж! Таким вот образом… Уже поздно, – добавил он. – Давайте разбредаться по спальням.

– Да, – кивнул Раир. – Завтра нам нужно уходить: если по городам уже кричат такие новости, нам лучше нигде не задерживаться.

– Как скажете, – согласился Ёваск, вставая.

 – А ты здорово врёшь, парень, – вдруг весело подмигнул он Ликту. – Из тебя неплохой купец вышел бы!

Раир осторожно постучал.

– Не заперто… – тихо послышалось из-за двери через несколько секунд. Раир вошел. Девушка сидела на ковре, обхватив колени руками и исподлобья глядя в пол перед собой. Раир присел рядом.

– Что с тобой такое? Ты весь вечер сидела сама не своя. Зачем было просить Ёваска рассказывать о Реде, если не можешь спокойно о ней слушать? И что это за сольное выступление под конец?

Она подняла голову.

– Ты помнишь, как мы выбрались из замка? Случайно, – она криво усмехнулась, – да, совершенно случайно! – я нашла потайной ход, который никто не открывал после Реды, и о котором даже и не знал никто… А открывается ход вот этим… – Она разжала ладонь, Олинда скользнула вниз и закачалась на цепочке.