За дверью завтрашнего дня. Часть 1. Анамнез

– В городе вообще полная задница началась. Я к родакам на хутор рванул, иду по дороге, смотрю, купер мчит. Я тормознул. Эта там ревёт, сил нет.

– Чего одежда на ней рваная? – сурово спросил Руслан.

– Да не трогал я её! – отмахнулся Лёша. – Она говорит, в магазине была, вдруг у людей паника началась, драка какая-то. Она еле выбралась, до машины своей добежала и рванула домой. Дальше я не понял, короче, сел я за руль и к родакам, скотина вся разорванная лежит. Там нет никого, вот решил сюда заехать.

Чё за хрень?

– Никто не знает, – пожал плечами Руслан, – пошли в дом. – он остановил Лёшу, – там девок молодых много, я тебе все рёбра и зубы пересчитаю, если что. Понял?

– Да! – с вызовом сказал Лёха. – Праведник нашёлся.

Через минуту все собрались на кухне. Люди стояли и смотрели друг на друга, пока Василиса не опомнилась первой.

– Кто идёт с Мишкой Настю выручать?

– Однозначно, мужчины. – сказал Кудрин. – Но кто-то должен и здесь остаться. Поэтому я, Петя, Руслан, ты тоже, – он кивнул Лёше, – идём за ребёнком.

Остальные здесь. А, ну и отец её, конечно.

– Я только пришёл. – вяло отмахнулся Лёша. – Совести у вас нет, я ещё не присел.

– Там Милкина дочка в яме сидит в лесу. А ты жопу свою отсиживать будешь? – с напором спросила Василиса.

Дождь на улице почти прошёл, стало даже светлее, и вскоре небольшая группа людей покинула избу. Ульяна постояла у окна, провожая их взглядом, и повернулась, когда её позвал Никита:

– Вас ведь Ульяна зовут?

– Да.

 – откликнулась девушка.

– Могли бы вы посидеть с Милой наверху, а я пока подумаю, как её спустить.

– Да, конечно.

Уля поднялась по лестнице, а Никита посмотрел на дремлющего за столом фотографа.

– Подъём. – он потрепал молодого человека по плечу.

– А? Что? – тот вскочил, тряся головой и тараща сонные глаза. – Что такое?

– Тише. Не кричи. Помощь нужна. – Никита откинул полог и почти шёпотом сказал, – Василиса Митрофаньевна, идите сюда.

 – он показал на широкую скамью, которая стояла вдоль окна. – Если взять эту лавку и закрепить на ней какой-то матрасик мягкий, то Милу можно было бы попробовать переместить вниз.

– Ну, давай попробуем. – пожала плечами женщины. – Только как мы её там развернём-то на этой скамейке. – она задумалась. – Слушай, а у меня в сенях валяются мягкие носилки. «Скорая» как-то приезжала и забыла, может, на них спустим? – спросила баба Вася.